Нефть на Запад за рубли: абсурд или здравый смысл? 30 Июня 2006
http://stringer-news.com/publication.mhtml?Part=49&PubID=6044
Нефть на Запад за рубли: абсурд или здравый смысл?
30 Июня 2006
Впервые статья опубликована в газете «Тюменские известия», 26 октября 1990 года.
В последнее время средства массовой информации, захлебываясь радостью, сообщают об активизации торгово-экономической деятельности между нашей страной и деловыми кругами Запада. Расширение сотрудничества действительно крайне необходимо нашей экономике. Но какое сотрудничество и в чем? Присмотревшись внимательнее к составу делегации американских бизнесменов во главе с министром США Робертом Мосбахером, посетившей недавно нашу страну, мы заметим, что в ней более половины - нефтяники.
Почему же заокеанские специалисты проявили интерес именно к нефтедобыче, т.е. к отрасли, где СССР держит мировое первенство? Дело здесь, конечно, не в том, что нас хотят научить передовой технологии. Просто в связи с Иракским кризисом деловой мир США ищет новые нефтесырьевые источники.
Что же получается? Они ещё и пресловутое торговое эмбарго не сняли с СССР, а мы им, почти коленопреклоненно - главное наше богатство?
Попробуем, так сказать перевернуть ситуацию.
Вопреки сложившейся традиции выражать стоимость нефти в долларах, позволим себе, хотя бы теоретически, «обнаглеть», до рассуждений о том, что произойдет, если определенное количество нефти (в рамках объемов, предназначенных для реализации по прямым поставкам на внутреннем рынке страны) попытаться продать за рубли согласно рыночному курсу - примерно 25 рублей за доллар (примечание: на дату опубликования статьи внутренняя цена нефти равнялась 23 руб./т, а курс доллара - 25 рублей за доллар). Тогда при сегодняшней стоимости нефти - 280 долларов за тонну - цена этой же тонны нефти в масштабе советских денежных единиц составит 7000 рублей.
Что же повлечет за собой столь непривычная для нашей плебейской психологии (когда «высокой степенью безумства» считается сама мысль о том, что и наш рубль можно заставить уважать как денежную единицу, за которой стоят несметные богатства её страны) эта смена акцентов в организации торговли нефтью? Несомненно, поток желающих приобрести советскую валюту. Интерес к нефти как к товару, имеющему практически неограниченную ликвидность, и готовность мирового рынка поглотить весь предложенный к продаже объем нефти не уменьшится от того, что её мировая цена получит не долларовое, а рублевое выражение. Спровоцированная же подобным образом конкуренция на рублевом рынке неизбежно приведет к повышению его котировок, обозначив тем самым начало пути к конвертируемости нашей национальной валюты.
Занимательным в данном контексте представляется вопрос о том, почему при возрастающей цене на нефть в долларах и ещё более интенсивно возрастающей цене на нефть в рублях (примечание: 1990 год, преддверие гиперинфляции рубля) неизменной остается её оптовая цена - 23 рубля за тонну? Дело дошло до того, что в печати появились статьи, ставящие под вопрос рентабельность нефтедобывающей отрасли. Однако подобные сомнения, по всей видимости, не мучают, наших потенциальных зарубежных партнеров, желающих все более активно «содействовать перестройке» по мере углубления Ирако-Кувейтского конфликта. Поэтому ожидаемая конкуренция среди иностранных инвесторов, готовых вложить капитал в разработку нефтегазовых месторождений, должна рассматриваться нами как ещё одна возможность укрепить положение советской денежной единицы.
Для этого следует допуск иностранных коммерсантов (особенно в период приватизации) на различного рода аукционы и прочие мероприятия, проводимые на конкурсной основе, осуществлять только при подтверждении их платежеспособности в советских рублях.
Уповая, однако, на эту перспективу, вспомним, что успех конъюнктурных игр во многом зависит от быстроты реакции на непрерывно меняющееся состояние рынка. Но, поспешая, следует все же учитывать имеющийся опыт ошибок и потерь.
Показательный пример - уже упоминавшаяся в печати практика получения прибыли представителями западного бизнеса в виде процента от количества дополнительно добытой нефти.
Дело в том, что понятие «дополнительная добыча» весьма неопределенно, и его свободная трактовка открывает широкие возможности для различного рода злоупотреблений. Каждому специалисту-нефтянику известно явление интерференции (взаимовлияния) скважин, работающих на один пласт, реально проявляющееся в том, что увеличение дебита на одной скважине - независимо от того, каким образом оно вызвано - обязательно влечет за собой изменение дебитов соседних скважин. Причем, происходит это не мгновенно, а через некоторый временной промежуток, величина которого зависит от степени упругости пластовой системы. Методика подсчета «дополнительной» добычи весьма приближенна, сама «дополнительная нефть» ничем не отличается от, добытой обычными способами. И как тут не возникнуть искушению перебросить показатели, завысить эффект от, например, гидроразрыва, проведенного по канадскому образцу, если к этому мотивируют валютные блага? Кстати, стоимость одной операции гидроразрыва (200 тыс. долларов) равнозначна затратам на бурение не менее десятка новых скважин, так что эйфория по поводу прибыльности вот такой «дополнительной добычи» несколько преждевременна (см. «ТИ» № 2, «Списанная нефть может дать хорошую прибыль»). Да и о какой «списанной нефти» может, вообще, идти речь? В отличие от картошки она не гниет и не теряет своих потребительских качеств, находясь в природном резервуаре. Сравнение допустимо лишь на том основании, что оба продукта надо уметь хранить: один - от порчи, другой - от разбазаривания.
Ратуя за расширение сотрудничества с Западом, но, не обозначив при этом приоритетных (для нас!) областей инвестиций иностранного капитала, не владея навыками квалифицированного составления контрактов и договоров, не исследуя их возможную криминогенность, мы зачастую воистину не ведаем, что творим, допуская все новые и новые провалы во внешнеэкономической деятельности. Но значит ли, это, что убоясь собрать на поприще предпринимательства вместо золотых плодов лишь плоды своей некомпетентности, мы должны отказаться от международного сотрудничества в сфере нефтегазового бизнеса? Нет! И отсутствие практики - помеха временная, частично нивелируемая сегодня краткосрочностью заключаемых соглашений. Гораздо важнее, приступая к торговле, помнить, что испокон веку на Руси делали это, уважая себя, со здравым смыслом и достоинством.
Б. Ярославов, к. г-м.н.,
Н. Годунина, к.т.н. (ныне Чистякова)