Зенцов и Мячин,вывозившие Романовых из Тобольска, вместе с ГубЧК обосновались в Березовке
(Миасская экспроприация )
(с) Наталья Ярославова
В августе 2013 года я публиковала статью:
«Башкирский след в судьбе царской семьи.Яковлев–глава миссии «спасения Романовых» в Николо-Березовке» http://yaroslavova.livejournal.com/230958.html и в ней была ссылка на публикацию «Первый председатель Губчека» http://www.agidel.ru/?param1=15389&tab=2
Статья о Губчека удалена, кем -то недобросовестным. К публикации, надо сказать, и был интерес.
Версия исчезнувшей статьи у меня сохранилась и есть основание вернуться к этой теме.
Тем более, я родилась в Николо-Березовке, куда, как раз, и переехало ГубЧК в лице Зенцова и Мячина (Яковлева), руководивших переездом Романовых из Тобольска в Екатеринбург, в частности, в дом, заблаговременно до этого «сделанный» Ипатьевским. Особняк несколько месяцев готовили к прибытию царской семьи, и перед этим в нем на некоторое время поселился инженер Ипатьев, чья фамилия позже и дала название дому, напоминая одновременно об Ипатьевском монастыре ( http://www.yaroslavova.ru/main.mhtml?Part=17&PubID=608, «Ипатьевские тайны: Князья и Императоры Дмитрии Угличские и Великие князья Красные»)
Как считают, Ипатьев в Екатеринбурге появился по заранее продуманному плану.
Интересны все фигуры этой истории, в которой ещё и удивительно много Марковых, в т.ч. Марков 2-й, которого моя бабушка называла двоюродным братом её отца Никтополеона Маркова – капитана корабля в Благовещенске, бывавшего и в Порт-Артуре (http://www.yaroslavova.ru/main.mhtml?Part=16&PubID=870, «Юность Тамары Давиденко–Ярославовой. Воспоминания о «Чистой протоке», о Марковых и Мещерских–Ширинских, о Костре и Вечности»)
Марков 2-й и оказался наиболее верным царскому семейству Романовых, о чем рассказывает, в т.ч. книга «23 ступени вниз» Марка Касвинова:
«Сам Н. E. Марков в эмиграции рассказывал: "В период царскосельского заключения я вступил в общение с государем. В записке, посланной при посредстве Юлки Александровны Ден, я извещал его о желании дослужить царской семье, сделать все возможное для облегчения ее участи, прося государя дать мне знать, одобряет ли он мои намерения, - условно: посылкой иконы. Государь прислал мне через Ден образ Николая-угодника" (Соколов, стр. 95). Он же: "После долгого вынужденного бездействия мы в сентябре решили послать в Тобольск человека для установления связи с царской семьей и, буде того потребуют обстоятельства, - увоза ее. Наш выбор пал на N, офицера Крымского полка. Он был лично известен государыне, его звал и государь. Он уехал, кажется, в сентябре 1917 года. Он известил нас о своем прибытии в Тюмень. Мы стали обдумывать вопрос о посылке других офицеров в Тобольск. Состоялась посылка Сергея Маркова" ( Соколов. стр. 96).
Как видим, в этой цитате упоминается ещё и Сергей Марков вместе с Николаем Марковым. А несколько раньше врач Н.М.Марков присутствовал в судьбе Кирилла Владимировича Романова, раненного во время гибели корабля «Петропавловск» в Порт-Артуре: «Далее в Германию для лечения «полученного нервного расстройства» его сопровождал младший врач лазарета порта Н. М. Марков»
Именно этот Князь Кирилл Владимирович Романов известен тем, что он надел Красный бант и перешел на сторону революции. А сын Князя Владимир Кириллович в 1968 году встречался с чинами СЕИВ конвоя и охраны императора, созданной П.А.Черевиным, правнуком М.М.Ярославовой («Казачий Полковник» П.А.Черевин – основатель охраны Российских Императоров и Освобождение Софии от османского ига, Ч.2.» http://www.yaroslavova.ru/main.mhtml?Part=59&PubID=899 )
Дочь Князя В.К.Романова – Мария Владимировна, называет себя Главой императорского дома Романовых.
После неудавшегося в 1918 году плана спасения семьи Романовых в Тобольске и Екатеринбурге Н.Е.Марков - Председатель Высшего монархического совета и Князь К.В.Романов обменивались письмами:
«8/21 ноября 1921 г. Н.Е. Марков направил великому князю Кириллу Владимировичу письмо. Этот документ и вся последующая переписка является весьма любопытным памятником эпохи и демонстрирует неприглядную роль ВМС в провоцировании раскола, который нанес огромный ущерб русской эмиграции».
Таким образом, было четыре Маркова в этой истории: Николай Марков (Марков 2-й), Никтополеон Марков его двоюродный брат (?) в Благовещенске и Порт-Артуре капитан корабля, врач Н.М.Марков - доверенное лицо Князя Кирилла Владимировича и Сергей Марков, которого Марков 2-й посылал в Тюмень и Тобольск для спасения царской семьи.
Но план Маркова 2-го не реализовался, возможно, по той причине, что член Уфимского ГубЧК П.Зенцов и член ВЧК Мячин-Яковлев настояли на переезде семьи Романовых из Тобольска в Екатеринбург. Хотя «не реализовался» -это легализованная версия.
А уже после этого переезда, когда чехи захватили Уфу, ГубЧК переехало в Николо-Березовку. Выбор мог быть связан с тем, что это давняя переправа через Каму и напротив Никольской (Троицкой) церкви - большой остров.
В этой истории для меня странно то, что моя мама была из Марковых по матери, а отец из вот этой Николо-Березовки, куда переехало ГубЧК и ключевые фигуры в тобольско –екатеринбургской истории последних Романовых.
В исчезнувшей статье важными являются следующие исторические факты :
ПЕРВЫЙ
«Девятого марта 1918 года Уфимский губревком принял решение о создании губернской ЧК.Петр Зенцов был назначен председателем ГубЧК. Практически первым серьезным делом Петра Зенцова в должности председателя Уфимской ГубЧК стало формирование спецотряда для комиссара ВЦИК и члена коллегии ВЧК первого состава Константина Мячина (Яковлева), который должен был доставить царскую семью из Тобольска в Москву. Отряд был необходим для обеспечения безопасности бывшего царя Николая II и членов его семьи в пути. Уфимские чекисты и сотрудники рабочей милиции задачу выполнили — в конце апреля 1918 года они, отражая постоянные попытки отбить в пути и уничтожить семейство Романовых, смогли довезти царскую семью до Екатеринбурга и передать ее Уральскому областному Совету».
ВТОРОЙ
«Вскоре Уфа под давлением ситуации на фронтах Гражданской войны…была сдана белочешским и белогвардейским войскам. ГубЧК во главе с Зенцовым эвакуировалась вНиколо-Березовку и временно прекратила деятельность. Ее сотрудники составили костяк разведывательных подразделений и контрразведывательных органов 2-й и 5-й армий созданного Восточного фронта РККА. Петр Зенцов стал уполномоченным ВЧК этого же фронта и вел интенсивную работу по организации нелегальной разведывательно-диверсионной работы в тылу противника».
ТРЕТИЙ
«В августе 1919 года Петр Зенцов в очередной раз возглавил ГубЧК, организовывал работу по наведению правопорядка .. и подавлению крупных восстаний «Черный орел» и «Зеленая война», чуть позднее был назначен председателем Уральской областной ЧК, а с июля 1920 года — председателем Пятигорской окружной ЧК, членом местного ревкома и комитета обороны округа».
Таким образом, в Николо-Березовке родился костяк разведки и контрразведки. И Николо-Березовский район связан с Пятигорском.
Моему деду Роману Васильевичу Ярославову в эти годы было около 15 лет. В первые годы революции он был избачом – библиотекарем. Возможно, ещё - в Никольском, где познакомился с будущей супругой Александрой Голиковой. Или уже - в Николо-Березовке.
Но родители моего отца часто упоминали о приезде Крупской в Николо-Березовку. При этом, в Н-Березовске она посещала библиотеку и школу. А Р.В.Ярославов был директором школы, но по годам, предварительно, - позже приезда Н.К.Крупской.
Есть вопрос о том, когда конкретно мой дед Р.В.Ярославов и его жена А.Н.Голикова -Ярославова оказались в Николо-Березовке, особенно с учетом того, что в Николо-Березовке находилось ГубЧК и Зенцов с Яковлевым-Мячиным, вывозившие до этого семью Романовых из Тобольска - в Екатеринбург.
Ещё одно странное совпадение. Девичья фамилия матери А.Н.Голиковой (Ярославовой) - Кузьминых. И эту же фамилию носила последняя горничная Романовых уже в Екатеринбурге, в доме Ипатьевых. Причем, она появилась у них именно в Екатеринбурге, а не была привезена из Тобольска.
Анна Мичкова, по мужу Кузьминых. Из той же самой Камбарки, откуда родители моей бабушки Александры.
Чудесную её историю появления в Ипатьевском доме рассказывает статья: «К 95-летию расстрела царской семьи» http://udmpravda.ru/articles/k-95-letiyu-rasstrela-tsarskoy-semi
«Супруга А.Мичковой – Кузьминых забрали в действующую армию в 1915 году…. В 1918 году уехала в Екатеринбург и Анна, оставив малолетнего сына Ивана с матерью. Устроилась она каким-то чудом на работу не куда-нибудь, а в знаменитый дом купца Ипатьева, в котором к тому времени уже содержался в заточении царь Николай II с семьей. В один из последующих дней (после обыска) царь позвал Анюту к себе, долго благодарил ее за труд, говорил о том, что его дети ее полюбили. «Тебе надо уходить от нас», - сказал ей Николай Александрович. На память он подарил ей фотографию царской семьи. Со слезами на глазах Анюта попрощалась со всей семьей и ушла, спрятав на себе эту фотографию и кружева. Возможно, уход из Ипатьевского дома спас ее от неприятностей…»
Чудо устройства в Ипатьевский дом могло случиться благодаря П.Зенцову и Мячину-Яковлеву.
П.Зенцов погиб в Пятигорске.
А вот дальнейшая судьба Мячина-Яковлева весьма интересна. Рядом с ним также упоминается и Чудинов.
Чудинова, Мячина и Зенцова объединяла Миасская экспроприация.
И ещё в этой истории есть фамилия Белобородов, интересная тем, что она упоминается до революции в дер. Ярославовой около Бирска и в Бирске (Челяднино). Т.е. Белобородовы - сопутствовали Ярославовым в нескольких поколениях.
«В 1957 году бюро Башобкома КПСС приняло решение о подготовке сборника воспоминаний участников событий 1917 — 1919 годов в Башкирии — «За власть Советов»,с целью издания «Свидетельства лиц, осуществлявших в 1918 году перевозку последнего российского императора Николая II в Екатеринбург из Тобольска».
Среди намеченных авторов был и Д. М. Чудинов, опубликовавший еще в 1927 году в сборнике «Пройденный путь»воспоминания «Как мы перевозили царскую семью из Тобольска в Екатеринбург».
В той публикации фигурировал в качестве комиссара Совнapкoма организатор самой oпepации комиссарЯковлев…Настоящая фамилия Яковлева — К. Мячин
Печатное, рукописное и иное, наследие В. В. Яковлева (К. А. Мячина) о перевозке Николая II более емко, оно датируется с мая 1918 по март 1928 года.
К. А. Мячин — уроженец села Михайловка (ныне село Шарлык) Оренбургской губернии. В 1899 году 13-летним подростком переезжает в Уфу в семью отчима — приказчика в магазине. Участник знаменитой Миасской экспроприации…Похищенные ценности предназначались для поездки в партийную школу социал-демократов в Болонье (Италия) и на другие нужды революционеров. В страну вернулся после февраля 1917 года, был избран председателем Симского совета рабочих депутатов. Как делегат-большевик участвовал во II Всероссийском съезде советов и во взятии Зимнего дворца.
Вошел в первый состав ВЧК во главе с Ф. Э. Дзержинским и даже был его помощником.
В начале 1918 года он получает в Москве назначение на должность военного комиссара Уральской области, но уральцы утверждают своего — Ф. И. Голощекина. В. В. Яковлев вновь оказывается в Уфе… Биография — ярче, пожалуй, не бывает, тем более учитывая его дальнейшие деяния..»
Много статей посвящено биографии Мячина - Яковлева. Он отсидел. В 1933 году был освобожден. Работал в НКВД.
И вскоре после его освобождения исчез камень в селе Николо-Березовка на месте явления Березовской Чудотворной иконы Николы Закамского вместе с иконой.
Сведения о биографии Петра Зенцова - главного героя удаленной статьи «Первый председатель Губчека» разнятся.
В публикации «Вниз по Большой Казанской. Уфимские улицы» она представлена так:
«Практически до конца позапрошлого века уфимская улица Большая Казанская (ныне Октябрьской революции) была самой большой и красивой в городе. В праздничные зимние дни по ней устраивались катания на лошадях, великолепно описанные в воспоминаниях художника Михаила Нестерова….
В январе 1953 года на доме № 47 по улице Октябрьской революции (Дом В.А. Чуфаровского) была установлена чугунная мемориальная доска с таким текстом: «В этом доме жил и работал Пётр Иванович Зенцов, рабочий уфимских железнодорожных мастерских, революционер-большевик, активный участник Великой Октябрьской социалистической революции и Гражданской войны». Для её установки на рустованном фасаде специально были сбиты кирпичи, но в самом конце ХХ века доска исчезла. Говорят, она хранится у одного из жильцов дома.
вскоре после взятия Уфы красными в июне 1919 года в № 47 по теперь уже улице Октябрьской революции появился новый хозяин – председатель Уфимской чрезвычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией 30-летний Пётр Иванович Зенцов. Сейчас жизненный путь Зенцова немного удивляет: родился в Пермской губернии, учился достаточно далеко от родного дома – в селе Николо-Берёзовка Уфимской губернии. Потом вдруг им овладела «охота к перемене мест» – работал в мастерских Благовещенского завода. Затем стал токарем Уфимских железнодорожных мастерских. В советской биографии Зенцова на его бесконечные переезды не обращается внимания, а ведь для этого были какие-то причины. В 1909-м за участие в Миасской «экспроприации» Зенцов был осуждён на пожизненную каторгу. Весной 1917-го он возвращается в Уфу».
В статье же «Первый председатель Губчека» не упоминается о его учебе в Н-Березовке, а говорится только о том, что в Н-Березовку в 1918 году переехало ГубЧК:
«Родился Петр Иванович в 1889 году, учился в земской школе и ремесленном училище, а с 1905 года работал токарем в Уфимских железнодорожных мастерских. Волна бурных событий 1905 — 1907 годов втянула шестнадцатилетнего парня в водоворот политической жизни»
Спустя годы , в нескольких километрах от Н-Березовки был основан город Нефтекамск. Многие жители Березовски перебрались в город нефтяников Камы…
(с) Наталья Ярославова
В августе 2013 года я публиковала статью:
«Башкирский след в судьбе царской семьи.Яковлев–глава миссии «спасения Романовых» в Николо-Березовке» http://yaroslavova.livejournal.com/230958.html и в ней была ссылка на публикацию «Первый председатель Губчека» http://www.agidel.ru/?param1=15389&tab=2
Статья о Губчека удалена, кем -то недобросовестным. К публикации, надо сказать, и был интерес.
Версия исчезнувшей статьи у меня сохранилась и есть основание вернуться к этой теме.
Тем более, я родилась в Николо-Березовке, куда, как раз, и переехало ГубЧК в лице Зенцова и Мячина (Яковлева), руководивших переездом Романовых из Тобольска в Екатеринбург, в частности, в дом, заблаговременно до этого «сделанный» Ипатьевским. Особняк несколько месяцев готовили к прибытию царской семьи, и перед этим в нем на некоторое время поселился инженер Ипатьев, чья фамилия позже и дала название дому, напоминая одновременно об Ипатьевском монастыре ( http://www.yaroslavova.ru/main.mhtml?Part=17&PubID=608, «Ипатьевские тайны: Князья и Императоры Дмитрии Угличские и Великие князья Красные»)
Как считают, Ипатьев в Екатеринбурге появился по заранее продуманному плану.
Интересны все фигуры этой истории, в которой ещё и удивительно много Марковых, в т.ч. Марков 2-й, которого моя бабушка называла двоюродным братом её отца Никтополеона Маркова – капитана корабля в Благовещенске, бывавшего и в Порт-Артуре (http://www.yaroslavova.ru/main.mhtml?Part=16&PubID=870, «Юность Тамары Давиденко–Ярославовой. Воспоминания о «Чистой протоке», о Марковых и Мещерских–Ширинских, о Костре и Вечности»)
Марков 2-й и оказался наиболее верным царскому семейству Романовых, о чем рассказывает, в т.ч. книга «23 ступени вниз» Марка Касвинова:
«Сам Н. E. Марков в эмиграции рассказывал: "В период царскосельского заключения я вступил в общение с государем. В записке, посланной при посредстве Юлки Александровны Ден, я извещал его о желании дослужить царской семье, сделать все возможное для облегчения ее участи, прося государя дать мне знать, одобряет ли он мои намерения, - условно: посылкой иконы. Государь прислал мне через Ден образ Николая-угодника" (Соколов, стр. 95). Он же: "После долгого вынужденного бездействия мы в сентябре решили послать в Тобольск человека для установления связи с царской семьей и, буде того потребуют обстоятельства, - увоза ее. Наш выбор пал на N, офицера Крымского полка. Он был лично известен государыне, его звал и государь. Он уехал, кажется, в сентябре 1917 года. Он известил нас о своем прибытии в Тюмень. Мы стали обдумывать вопрос о посылке других офицеров в Тобольск. Состоялась посылка Сергея Маркова" ( Соколов. стр. 96).
Как видим, в этой цитате упоминается ещё и Сергей Марков вместе с Николаем Марковым. А несколько раньше врач Н.М.Марков присутствовал в судьбе Кирилла Владимировича Романова, раненного во время гибели корабля «Петропавловск» в Порт-Артуре: «Далее в Германию для лечения «полученного нервного расстройства» его сопровождал младший врач лазарета порта Н. М. Марков»
Именно этот Князь Кирилл Владимирович Романов известен тем, что он надел Красный бант и перешел на сторону революции. А сын Князя Владимир Кириллович в 1968 году встречался с чинами СЕИВ конвоя и охраны императора, созданной П.А.Черевиным, правнуком М.М.Ярославовой («Казачий Полковник» П.А.Черевин – основатель охраны Российских Императоров и Освобождение Софии от османского ига, Ч.2.» http://www.yaroslavova.ru/main.mhtml?Part=59&PubID=899 )
Дочь Князя В.К.Романова – Мария Владимировна, называет себя Главой императорского дома Романовых.
После неудавшегося в 1918 году плана спасения семьи Романовых в Тобольске и Екатеринбурге Н.Е.Марков - Председатель Высшего монархического совета и Князь К.В.Романов обменивались письмами:
«8/21 ноября 1921 г. Н.Е. Марков направил великому князю Кириллу Владимировичу письмо. Этот документ и вся последующая переписка является весьма любопытным памятником эпохи и демонстрирует неприглядную роль ВМС в провоцировании раскола, который нанес огромный ущерб русской эмиграции».
Таким образом, было четыре Маркова в этой истории: Николай Марков (Марков 2-й), Никтополеон Марков его двоюродный брат (?) в Благовещенске и Порт-Артуре капитан корабля, врач Н.М.Марков - доверенное лицо Князя Кирилла Владимировича и Сергей Марков, которого Марков 2-й посылал в Тюмень и Тобольск для спасения царской семьи.
Но план Маркова 2-го не реализовался, возможно, по той причине, что член Уфимского ГубЧК П.Зенцов и член ВЧК Мячин-Яковлев настояли на переезде семьи Романовых из Тобольска в Екатеринбург. Хотя «не реализовался» -это легализованная версия.
А уже после этого переезда, когда чехи захватили Уфу, ГубЧК переехало в Николо-Березовку. Выбор мог быть связан с тем, что это давняя переправа через Каму и напротив Никольской (Троицкой) церкви - большой остров.
В этой истории для меня странно то, что моя мама была из Марковых по матери, а отец из вот этой Николо-Березовки, куда переехало ГубЧК и ключевые фигуры в тобольско –екатеринбургской истории последних Романовых.
В исчезнувшей статье важными являются следующие исторические факты :
ПЕРВЫЙ
«Девятого марта 1918 года Уфимский губревком принял решение о создании губернской ЧК.Петр Зенцов был назначен председателем ГубЧК. Практически первым серьезным делом Петра Зенцова в должности председателя Уфимской ГубЧК стало формирование спецотряда для комиссара ВЦИК и члена коллегии ВЧК первого состава Константина Мячина (Яковлева), который должен был доставить царскую семью из Тобольска в Москву. Отряд был необходим для обеспечения безопасности бывшего царя Николая II и членов его семьи в пути. Уфимские чекисты и сотрудники рабочей милиции задачу выполнили — в конце апреля 1918 года они, отражая постоянные попытки отбить в пути и уничтожить семейство Романовых, смогли довезти царскую семью до Екатеринбурга и передать ее Уральскому областному Совету».
ВТОРОЙ
«Вскоре Уфа под давлением ситуации на фронтах Гражданской войны…была сдана белочешским и белогвардейским войскам. ГубЧК во главе с Зенцовым эвакуировалась вНиколо-Березовку и временно прекратила деятельность. Ее сотрудники составили костяк разведывательных подразделений и контрразведывательных органов 2-й и 5-й армий созданного Восточного фронта РККА. Петр Зенцов стал уполномоченным ВЧК этого же фронта и вел интенсивную работу по организации нелегальной разведывательно-диверсионной работы в тылу противника».
ТРЕТИЙ
«В августе 1919 года Петр Зенцов в очередной раз возглавил ГубЧК, организовывал работу по наведению правопорядка .. и подавлению крупных восстаний «Черный орел» и «Зеленая война», чуть позднее был назначен председателем Уральской областной ЧК, а с июля 1920 года — председателем Пятигорской окружной ЧК, членом местного ревкома и комитета обороны округа».
Таким образом, в Николо-Березовке родился костяк разведки и контрразведки. И Николо-Березовский район связан с Пятигорском.
Моему деду Роману Васильевичу Ярославову в эти годы было около 15 лет. В первые годы революции он был избачом – библиотекарем. Возможно, ещё - в Никольском, где познакомился с будущей супругой Александрой Голиковой. Или уже - в Николо-Березовке.
Но родители моего отца часто упоминали о приезде Крупской в Николо-Березовку. При этом, в Н-Березовске она посещала библиотеку и школу. А Р.В.Ярославов был директором школы, но по годам, предварительно, - позже приезда Н.К.Крупской.
Есть вопрос о том, когда конкретно мой дед Р.В.Ярославов и его жена А.Н.Голикова -Ярославова оказались в Николо-Березовке, особенно с учетом того, что в Николо-Березовке находилось ГубЧК и Зенцов с Яковлевым-Мячиным, вывозившие до этого семью Романовых из Тобольска - в Екатеринбург.
Ещё одно странное совпадение. Девичья фамилия матери А.Н.Голиковой (Ярославовой) - Кузьминых. И эту же фамилию носила последняя горничная Романовых уже в Екатеринбурге, в доме Ипатьевых. Причем, она появилась у них именно в Екатеринбурге, а не была привезена из Тобольска.
Анна Мичкова, по мужу Кузьминых. Из той же самой Камбарки, откуда родители моей бабушки Александры.
Чудесную её историю появления в Ипатьевском доме рассказывает статья: «К 95-летию расстрела царской семьи» http://udmpravda.ru/articles/k-95-letiyu-rasstrela-tsarskoy-semi
«Супруга А.Мичковой – Кузьминых забрали в действующую армию в 1915 году…. В 1918 году уехала в Екатеринбург и Анна, оставив малолетнего сына Ивана с матерью. Устроилась она каким-то чудом на работу не куда-нибудь, а в знаменитый дом купца Ипатьева, в котором к тому времени уже содержался в заточении царь Николай II с семьей. В один из последующих дней (после обыска) царь позвал Анюту к себе, долго благодарил ее за труд, говорил о том, что его дети ее полюбили. «Тебе надо уходить от нас», - сказал ей Николай Александрович. На память он подарил ей фотографию царской семьи. Со слезами на глазах Анюта попрощалась со всей семьей и ушла, спрятав на себе эту фотографию и кружева. Возможно, уход из Ипатьевского дома спас ее от неприятностей…»
Чудо устройства в Ипатьевский дом могло случиться благодаря П.Зенцову и Мячину-Яковлеву.
П.Зенцов погиб в Пятигорске.
А вот дальнейшая судьба Мячина-Яковлева весьма интересна. Рядом с ним также упоминается и Чудинов.
Чудинова, Мячина и Зенцова объединяла Миасская экспроприация.
И ещё в этой истории есть фамилия Белобородов, интересная тем, что она упоминается до революции в дер. Ярославовой около Бирска и в Бирске (Челяднино). Т.е. Белобородовы - сопутствовали Ярославовым в нескольких поколениях.
«В 1957 году бюро Башобкома КПСС приняло решение о подготовке сборника воспоминаний участников событий 1917 — 1919 годов в Башкирии — «За власть Советов»,с целью издания «Свидетельства лиц, осуществлявших в 1918 году перевозку последнего российского императора Николая II в Екатеринбург из Тобольска».
Среди намеченных авторов был и Д. М. Чудинов, опубликовавший еще в 1927 году в сборнике «Пройденный путь»воспоминания «Как мы перевозили царскую семью из Тобольска в Екатеринбург».
В той публикации фигурировал в качестве комиссара Совнapкoма организатор самой oпepации комиссарЯковлев…Настоящая фамилия Яковлева — К. Мячин
Печатное, рукописное и иное, наследие В. В. Яковлева (К. А. Мячина) о перевозке Николая II более емко, оно датируется с мая 1918 по март 1928 года.
К. А. Мячин — уроженец села Михайловка (ныне село Шарлык) Оренбургской губернии. В 1899 году 13-летним подростком переезжает в Уфу в семью отчима — приказчика в магазине. Участник знаменитой Миасской экспроприации…Похищенные ценности предназначались для поездки в партийную школу социал-демократов в Болонье (Италия) и на другие нужды революционеров. В страну вернулся после февраля 1917 года, был избран председателем Симского совета рабочих депутатов. Как делегат-большевик участвовал во II Всероссийском съезде советов и во взятии Зимнего дворца.
Вошел в первый состав ВЧК во главе с Ф. Э. Дзержинским и даже был его помощником.
В начале 1918 года он получает в Москве назначение на должность военного комиссара Уральской области, но уральцы утверждают своего — Ф. И. Голощекина. В. В. Яковлев вновь оказывается в Уфе… Биография — ярче, пожалуй, не бывает, тем более учитывая его дальнейшие деяния..»
Много статей посвящено биографии Мячина - Яковлева. Он отсидел. В 1933 году был освобожден. Работал в НКВД.
И вскоре после его освобождения исчез камень в селе Николо-Березовка на месте явления Березовской Чудотворной иконы Николы Закамского вместе с иконой.
Сведения о биографии Петра Зенцова - главного героя удаленной статьи «Первый председатель Губчека» разнятся.
В публикации «Вниз по Большой Казанской. Уфимские улицы» она представлена так:
«Практически до конца позапрошлого века уфимская улица Большая Казанская (ныне Октябрьской революции) была самой большой и красивой в городе. В праздничные зимние дни по ней устраивались катания на лошадях, великолепно описанные в воспоминаниях художника Михаила Нестерова….
В январе 1953 года на доме № 47 по улице Октябрьской революции (Дом В.А. Чуфаровского) была установлена чугунная мемориальная доска с таким текстом: «В этом доме жил и работал Пётр Иванович Зенцов, рабочий уфимских железнодорожных мастерских, революционер-большевик, активный участник Великой Октябрьской социалистической революции и Гражданской войны». Для её установки на рустованном фасаде специально были сбиты кирпичи, но в самом конце ХХ века доска исчезла. Говорят, она хранится у одного из жильцов дома.
вскоре после взятия Уфы красными в июне 1919 года в № 47 по теперь уже улице Октябрьской революции появился новый хозяин – председатель Уфимской чрезвычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией 30-летний Пётр Иванович Зенцов. Сейчас жизненный путь Зенцова немного удивляет: родился в Пермской губернии, учился достаточно далеко от родного дома – в селе Николо-Берёзовка Уфимской губернии. Потом вдруг им овладела «охота к перемене мест» – работал в мастерских Благовещенского завода. Затем стал токарем Уфимских железнодорожных мастерских. В советской биографии Зенцова на его бесконечные переезды не обращается внимания, а ведь для этого были какие-то причины. В 1909-м за участие в Миасской «экспроприации» Зенцов был осуждён на пожизненную каторгу. Весной 1917-го он возвращается в Уфу».
В статье же «Первый председатель Губчека» не упоминается о его учебе в Н-Березовке, а говорится только о том, что в Н-Березовку в 1918 году переехало ГубЧК:
«Родился Петр Иванович в 1889 году, учился в земской школе и ремесленном училище, а с 1905 года работал токарем в Уфимских железнодорожных мастерских. Волна бурных событий 1905 — 1907 годов втянула шестнадцатилетнего парня в водоворот политической жизни»
Спустя годы , в нескольких километрах от Н-Березовки был основан город Нефтекамск. Многие жители Березовски перебрались в город нефтяников Камы…