Ярославско-Смоленская икона Смоленского монастыря,что на Бору.Три Толгских игумена и Самсон Богомол
Наталья Ярославова-Чистякова
Вчера 25 октября был день Ярославско-Смоленской иконы Божией Матери и я решила посмотреть историю этой иконы.
Однако в большинстве источников информации о ней - всего несколько строк:
«Ярославско-Смоленская икона Божией Матери - келейный образ архимандрита Троице-Сергиевой Лавры Антония. 12 октября (ст.ст.)1642 года во время молитвы он услышал от иконы - Смоленской Одигитрии - голос: "Иду, иду в пределы града Ярославля, в новосозданный монастырь во Имя Мое" (Ярославская Смоленская икона Божией Матери http://days.pravoslavie.ru/Life/life1724.htm )
Причем нигде не указано: о каком новосозданном монастыре идет речь.
Сегодня взяла книгу Рутмана Т.А. «Храмы и Святыни Ярославля». И уже имея более детальную информацию, нашла исследование, посвященное Ярославско-Смоленской иконе и этому монастырю. Называется оно «Два Сказания о чудотворных святынях Смоленского, что на Бору, монастыря под Ярославлем» автор Т. Р. РУДИ.
История этого Смоленского монастыря на Бору , что у Ярославля , связывает судьбы трех (!) игуменов Ярославского Толгского монастыря ( «Лондон» на Верхней Волге: Ярославский Толгский монастырь: 700 лет памяти об аристократических корнях, дающих здоровые плоды государственному древу» http://www.yaroslavova.ru/main.mhtml?Part=17&PubID=784 ) .
Один из них Андриан стал архимандритом Троице-Сергиевской Лавры и его личный келейный образ Смоленской Одигитрии «попросился» из Троице-Сергиевой Лавры обратно - в Ярославль, а точнее на Красный Бор около Борисоглебска ( нынешнего Тутаева) . Это по дороге из Ярославля – в Рыбинск.
Ну а два других игумена Ярославской Толгской обители - родные братья Иоиль и Гордиан («Схема родственных связей святителя Игнатия Брянчанинова - покровителя Ярославского Толгского монастыря и Ф.С. Ярославовой – Брянчаниновой» http://www.yaroslavova.ru/main.mhtml?Part=16&PubID=794 ) .
При этом Гордиан был ещё и игуменом Смоленского монастыря , построенного для личной келейной иконы Адриана, вернувшейся из Москвы в Ярославль.
Сведения о монастыре, как выяснилось, начали изыматься давно. Слово монастырь заменяли на храм после того, как монастырь снесли ещё в конце XVII в.. И, как пишут исследователи, «эта замена свидетельствует о специально проведенной редакторской правке».
Причем это далеко не единственные сведения , которые были изъяты при царях Романовых. Скрывались сведения о дате основания, а также о том, что это - «Семейная обитель», т.е. обитель, имеющая отношение к определенному роду, где все 5 сыновей Самсона Богомола постриглись в монахи вместе с матерью.
А царица Анна Иоанновна проводила даже специальное расследование о местночтимом святом города Романова - Онуфрии Романовском , имевшем дар пророчества, который после видения Богородицы Самсону Богомолу предсказал ему, что вся его семья , включая пятерых сыновей , примет постриг.
. «В пятницу Страстной недели явился ему во сне образ Пресвятой Богородицы с кадилом горящим и древом многолиственным».
История уникальна двумя одновременными видениями, а не одним , как в приводимых ныне кратких строках о Ярославско-Смоленской иконе.
Первое:
В 1642 г. игумену Толгского монастыря Иоилю – сыну Самсона Богомола было откровение Божие: чтобы построил он новый монастырь во имя Божией Матери в трех поприщах от Ярославля.
«Въ лѣто оное 17 бысть откровение Божие Толгскаго монастыря Пресвятыя Богородицы игумену Иоилю. Бысть же сице, яко : // «Во имя Богоматере созиждешъ монастырь новъ», и мѣсто назнаменова22, яко23 три поприща от града Ярославля»
В то же самое время архимандрит Троице-Сергиева монастыря Адриан, слышал глас от своего келейного образа Богородицы Одигитрии Смоленской….
Однако поскольку информация о роде Самсона Богомола изымалась, то в сегодняшней версии осталось только свидетельство о гласе Богородицы - Адриану…
Таким образом, отдельной темой для исследований стало изучение самого рода основателей Смоленского, что на Бору монастыря под Ярославлем, ставшего и их семейной усыпальницей.
Чудеса, на описанном, только начались. Спустя годы было явление Богородицы Гордиану. Причем произошло это тоже одновременно с явлением Богоматери монахам Ярославского Спасо-Преображенского монастыря. И указывала Богородица, чтобы конкретно Гордиан игумен Ярославского Толгского монастыря нарисовал икону Живоначальной Троицы. Эта икона была написана для Смоленского монастыря, что на Бору.
Но самое удивительное в этой истории то, что спустя 20 лет после смерти, Самсон Богомол является Поющим Песнь Богородицы во время литургии в церкви Смоленского монастыря , что на Бору около Ярославля.
Песнь Пресвятой Богородицы вместе с пророчеством Захарии (из рода Аарона) - отца Иоанна Крестителя составляют 9-ю Библейскую песнь
Хотя тут ассоциация с Романом Сладкопевцем. Тем более, началась эта история в городе Романове , где Онуфрий Романовский сделал свое пророчество .
В истории Смоленского монастыря , что на Бору исчезали также и упоминания об источниках. И сами источники. В частности , «летописная хартия» Смоленского монастыря.
Скрывалась персональная дата праздника Ярославско-Смоленской иконы 25 октября ( 12 с.ст.) , когда был освящен храм в её честь. Эта дата заменялась общей датой празднования Смоленской иконы 28 июля.
В переложении истории Смоленской иконы А.Крылова 1860 года , как пишут исследователи, была «избыточная» информация о современниках автора и совершенно исключено упоминание о Самсон Богомоле и его жене Неониле , т.е. о родителях пяти сыновей монахов, основавших и поддерживавших эту семейную обитель. Т.е. сведения об основателях монастыря были не просто растворены . Они исчезли в их наиважнейшей части.
В истории Смоленской Одигитрии архимандрита Троице-Сергиевой Лавры, повелевшей основать монастырь, есть Сказание о Кресте, который Иосиф Суздальский подарил Гордиану - игумену Смоленского и Ярославского Толгского монастыря, а также о чудесном исцелении Гордиана, болевшего три месяца и уже начавшего готовиться к переходу в другой мир. Но, по прошествии трех месяцев, больной уснул:
«И по триехъ месяцѣхъ больный уснувъ, — явися ему честный крестъ той, его же дарова архиепископъ, многоразличными цвѣты украшенъ. Больный же взем единъ от цвѣтовъ и изъяде, воспрянувъ от сна, бысть здравъ, яко николиже болѣвъ»
Т.е. Гордиану приснился крест, подаренный ему Иосифом Суздальским и от цветка , украшавшего этот крест и съеденного во сне Гордиан исцелился наяву ».
И вот об этом авторы исследования пишут:
«Ни в одной другой из известных нам повестей о крестах не встречается мотив цветов знаменующего место явления святыни»
Некоторую параллель к орнаментальному цветочному мотиву Сказания о кресте можно видеть, на наш взгляд, в одном из описаний Сказания о смоленской иконе: во время видения Пресвятой Богородицы Самсону Богомолу перед образом ее являются «паникадило горящее и древо многолиственное».
Продолжая тему возможных аналогий, авторы называют икону «Звезды Пресветлой» и «Повесть о Пастуховой дщери»
Богородица является пастуховой дщери в сопровождении дев «из чертоговъ небесных: «Оныя же вси дѣвы, шедшия по ней (Богородице. — Т. Р.), в рукахъ имуще цвѣты благовонныя, бѣлостию преукрашены, на главахъ же ихъ вѣнцы зѣло пречудны, от цвѣтов многоцвѣтущихъ увит».
По свидетельству Сказания , спасший Гордиана « серебряный крест с частицами святых мощей, ставший святыней Смоленской обители на Бору, был подарен ему в бытность его монахом ярославского Спасова монастыря архиепископом суздальским Иосифом, жившим тогда в Соловецком монастыре, причем этим крестом благословил Иосифа сам патриарх Филарет. Не вызывает сомнения, что речь здесь идет о первом из двух известных суздальских архиепископов с именем Иосиф, Иосифе Курцевиче. Он был определен в архиепископы суздальские и тарусские из епископов владимиро-волынских в августе 1626 г. Иосиф Суздальский скончался 15 июня 1642 г. в Зилантовом Успенском монастыре Казанской епархии, где прожил последние годы жизни. Однако в его истории называется ещё и Сийский монастырь , что также обсуждается в тексте..
Таким образом, к этому сказанию добавляется ещё и Суздаль, и Казанский Зилантов монастырь и монастырь Соловецкий , и возможно Сийский.
Более полно эта чрезвычайно интересная история, многократно сокращашаяся и наконец превратившаяся в несколько строк , с которых я начала этот разговор, представлена ниже .
Т. Р. РУДИ
Два Сказания о чудотворных святынях Смоленского, что на Бору, монастыря под Ярославлем
http://odrl.pushkinskijdom.ru/LinkClick.aspx?fileticket=fLReVfxaf3w%3d&tabid=2298
О Смоленской иконе Божией Матери и о Животворящем Кресте Господнем
В XIX в в местной печати дважды были изданы переложения текстов обоих памятников с некоторыми комментариями в 1860 г —секретарем Ярославской Духовной консистории Аполлинарием Крыловым, а в 1877 г —священником приходской церкви села Савинского, что в Красном Бору (бывшей Смоленского монастыря), Гурием Владимирскими.
В 1892 г в «Ярославских епархиальных ведомостях» впервые были опубликованы тексты обоих сказаний по рукописи.
ДВА СКАЗАНИЯ О ЧУДОТВОРНЫХ СВЯТЫНЯХ
История Смоленского (во имя Смоленской иконы Божией Матери) на Бору мужского монастыря довольно своеобразна: он был основан в 1642 г. на левом берегу Волги, в трех верстах от Ярославля, игуменом Толгского монастыря Иоилем и просуществовал, по-видимому, лишь до конца XVII столетия, после чего был упразднен и обращен в сельский приход — приход села Смоленского (или, по-другому, Савинского в Красном Бору), возникшего на месте бывшего монастыря.
«Сказание о Смоленской иконе Божией Матери и о создании монастыря во имя ее» является, по сути, единственным источником, содержащим сведения об истории этой обители. Дадим в кратком изложении основную событийную канву памятника.
В 1642 г. игумену Толгского монастыря Иоилю было откровение Божие: чтобы построил он новый монастырь во имя Божией Матери в трех поприщах от Ярославля.
Иоиль, оповестив об этом изволении свыше митрополита ростовского и ярославского Варлаама, по его благословению принимается за строительство нового монастыря вместе со своими четырьмя братьями-монахами.
В то же самое время архимандрит Троице-Сергиева монастыря Адриан, до 1 августа 1640 г. бывший игуменом на Толге слышит глас от своего келейного образа Богородицы Одигитрии Смоленской: «Иду, иду в пределы града Ярославля в новосо-зданный монастырь во имя мое», после чего он с великими почестями отправляет чудотворную икону в строящийся Смоленский монастырь. Поскольку к этому моменту храм новой обители еще не был готов, Иоиль, выйдя навстречу образу с крестным ходом, поставил его на время в церкви Толгского монастыря. Когда же Смоленский храм был построен, он был торжественно освящен 12 октября 1642 г., а явленная икона Одигитрии перенесена в созданный во имя нее монастырь.
Далее в тексте памятника следуют описания пяти чудес, произошедших от Смоленской иконы в день освящения монастыря и вскоре после него.
Следующая глава Сказания повествует о событиях страшного морового поветрия 1654 г. и о совместном крестном ходе в Ярославль со Смоленской и Толгской иконами. Пришедшие в Смоленский на Бору монастырь из Спасова монастыря «всенощнаго ради пения» три священника, три диакона и три головщика, будучи заражены язвой, пребывали в церкви в великой печали. Вдруг одному из них, диакону Гордиану, явился во сне образ Богородицы Смоленской, которая объявила, что для избавления от болезни нужно совершить крестный ход с чудотворными иконами. Когда же Гордиан рассказал братии о своем видении, то оказалось, что то же видение было и другим монахам — священноиноку Спасова монастыря Адриану Астраханцу, москвичу Иоанну и схимонахине Иулии. Кроме того, было провозвещено также, что должен быть написан местный образ Живоначальной Троицы для будущего Троицкого храма, который будет поставлен в Смоленском монастыре. Оба проречения, бывшие от чудотворного образа, сбылись: по совершении торжественного крестного хода «смертоносие преста», церковь же во имя Живоначальной Троицы была построена значительно позднее — спустя 17 лет, когда по просьбе прихожан («тесноты ради церковныя») ставший уже к тому времени игуменом Гордиан обратился с прошением о поставлении нового храма к митрополиту ростовскому и ярославскому Ионе, а тот «своею рукою написа граммату, что быть храму Живоначалныя Троицы».
Последняя часть Сказания хронологически и сюжетно несколько обособленна: в ней повествуется о событиях, предшествовавших построению Смоленского монастыря, однако именно здесь заложена основная сюжетная завязка памятника. В этой главе рассказывается о явлении Пресвятой Богородицы в 1626 г. некоему благочестивому жителю города Романова, по имени Самсон, прозванием Богомолу. В пятницу Страстной недели явился ему во сне образ Пресвятой Богородицы с кадилом горящим и древом многолиственным, после чего пришедший к нему юродивый Онуфрий предрек ему многие скорби, а всем домашним его — монашество, что и совершилось: в течение 10 ближайших лет все пятеро его сыновей и жена приняли постриг. Сам же Самсон, претерпев многие поношения и скорби, через несколько лет преставился, после чего тело его было перенесено некими благочестивыми людьми из Романова в Смоленский на Бору монастырь, где и был он погребен толгским игуменом Иоилем. Через 20 лет по преставлении Самсон явился на месте своего погребения, в церкви Смоленского монастыря, поя со всеми Песнь Богородицы.
Итак, изложив вкратце событийный ряд Сказания, перейдем к анализу его как исторического источника, который позволяет в свою очередь сделать некоторые наблюдения в отношении литературной истории текста памятника.
1. Как мы уже отметили, «Сказание о Смоленской иконе Божией Ма
тери» является единственным памятником, сохранившим сведения о возникновении и истории Смоленского, что на Бору, монастыря.
По свидетельству Сказания, явление Смоленской иконы Одигитрии в 1642 г. толгскому игумену Иоилю и явилось причиной основания этой небольшой обители под Ярославлем; взаимосвязь этих событий отражена и в названии наиболее раннего варианта текста памятника: «Сказание о иконе Пречистыя Богородицы, честнаго ея Одигитрия, иже обыче нарицати Смоленския, и о создании манастыря во имя ея» (РГИА, ф. 834,
оп. 3, № 4028 (далее — РГИА), л. 105).
В более позднем варианте заглавия отсутствует упоминание о построении монастыря: «Месяца иулиа, въ 28 день. Сказание о иконѣ Пресвятыя Богородицы, честнаго и славнаго ея Одигитриа, нарицаемыя Смоленския, яже в предѣлѣхъ близъ града Ярославля, на луговой странѣ за рѣкою Волгою»
Примечательно, что упоминание монастыря исключено и из самого текста этого варианта Сказания: например, во фрагменте об освящении новой обители вместо слова «монастырь», присутствующего в раннем варианте текста (РГИА, л. 105 об.), читается слово «храм» («Въ лѣто 7151 октовриа во 12 день бывшу освящению новосозданнаго храма того» — БАН, л. 63). Эта замена свидетельствует о специально проведенной редакторской правке, а также о том, что этот вариант текста памятника был создан после упразднения Смоленского монастыря, т. е. не ранее начала XVIII в.21.
О позднейшем происхождении этого варианта текста Сказания свидетельствует и тот факт, что в его заглавие внесена дата 28 июля как день почитания Смоленской, что на Бору, иконы Богородцы: т. е. вместо особого дня празднования смоленской иконы Смоленского монастыря (или Смоленской-Ярославской, как ее еще называют 22), — 12 октября (день освящения монастыря на Бору) — поставлен общий для всех типов Смоленской иконы Одигитрии день почитания -— 28 июля.
2. Помимо сведений о времени основания Смоленского монастыря (1642 г.), а также даты постройки его каменных церквей («по седми на десяти лѣтѣхъ», т. е. в 1659 или 1660 г.) Сказание о смоленской иконе содержит и другие довольно редкие материалы по истории Ярославского края. Мы имеем в виду упоминание о юродивом Онуфрии в рассказе о явлении Богородицы Самсону Богомолу из города Романова: после того как Самсону «въ лѣто 7134, в пятокъ великий» явился во сне образ Пресвятой Богородицы, пришел к нему во время утреннего благовеста блаженный Онуфрий, который, объяснив явление, предрек Самсону многие скорби, а всем домашним его — монашество. По-видимому, можно с большой долей вероятности предположить, что в изложенном эпизоде Сказания речь идет о местночтимом юродивом из города Романово-Бо-рисоглебска (современного Тутаева) Онуфрии Романовском, о котором почти ничего не известно по другим источникам.
Так, в современных справочно-энциклопедических изданиях указывается, что время жизни Онуфрия Романовского даже приблизительно неизвестно.
Сведения о юродивом Онуфрии исчерпываются известием о месте его погребения — под каменной колокольней при Преображенской церкви в Романове, а также материалами, читающимися в любопытном документе — Указе ее императорского величества самодержицы всероссийской Анны Иоанновны от 14 ноября 1739 г., посланном в Романов воеводе Алексею Гречанинову.
Указ содержит требование ответить на вопросы, поставленные перед воеводой и подьячим Левицким в присланной ранее архиепископом ростовским и ярославским Иоакимом «промемории о построенных в граде Романове при церкви Преображения Господня на монастыре да вне града близь кузниц дву каменных часовнях и о погребенном из оных в единой при Преображенской церкви на монастыре, о имеющемся некоем человеке именем Онофрий, названном юродивом, и о других в той же часовне дву мертвецах».
Вопросы были присланы Ярославской провинциальной канцелярией, по-видимому, для проводимого ею следствия о местном почитании блаженного Онуфрия. Так, воевода Гречанинов должен был «прислать ответы: как ты, воевода, и с приписью подъячей Леввицкой (так!) в вышереченную при Преображенской церкви на монастыре имеющуюся каменную часовню в праздничныя и воскресныя и в протчия дни, а паче в Сырную неделю на прощение и с женами своими ты, воевода, и с приписью подъячей Леввицкой (так!) входили ль? ..По-видимому, Ярославская канцелярия с особой серьезностью относилась к проводимому ею следствию о почитании Онуфрия.
Заметим в скобках: сохранилось письменное свидетельство того, что Онуфрий действительно чтился святым в Романове, а возможно, и шире.
Итак, Сказание о смоленской иконе является редким источником, сохранившим прижизненное упоминание романовского юродивого Онуфрия, из которого можно сделать два заключения об этом малоизвестном подвижнике: во-первых, что Онуфрий Романовский жил в первой половине XVII в. (действие происходит в 1626 г.); во-вторых, что блаженный Онуфрий, как и многие другие юродивые, был наделен даром пророче
ства.
3. Самыми интересными источниковедческими материалами, содержащимися в «Сказании о Смоленской иконе Божией Матери и о создании монастыря во имя ее», являются, без сомнения, сведения о двух братьях-игуменах Толгского монастыря — Иоиле (1642—1658) и Гордиане (1673—1700), а также обо всем их роде. Эти сведения (и способ их подачи) имеют не только источниковедческое значение, они важны также
для анализа истории текста Сказания как литературного памятника»
Продолжение http://odrl.pushkinskijdom.ru/LinkClick.aspx?fileticket=fLReVfxaf3w%3d&tabid=2298
Вчера 25 октября был день Ярославско-Смоленской иконы Божией Матери и я решила посмотреть историю этой иконы.
Однако в большинстве источников информации о ней - всего несколько строк:
«Ярославско-Смоленская икона Божией Матери - келейный образ архимандрита Троице-Сергиевой Лавры Антония. 12 октября (ст.ст.)1642 года во время молитвы он услышал от иконы - Смоленской Одигитрии - голос: "Иду, иду в пределы града Ярославля, в новосозданный монастырь во Имя Мое" (Ярославская Смоленская икона Божией Матери http://days.pravoslavie.ru/Life/life1724.htm )
Причем нигде не указано: о каком новосозданном монастыре идет речь.
Сегодня взяла книгу Рутмана Т.А. «Храмы и Святыни Ярославля». И уже имея более детальную информацию, нашла исследование, посвященное Ярославско-Смоленской иконе и этому монастырю. Называется оно «Два Сказания о чудотворных святынях Смоленского, что на Бору, монастыря под Ярославлем» автор Т. Р. РУДИ.
История этого Смоленского монастыря на Бору , что у Ярославля , связывает судьбы трех (!) игуменов Ярославского Толгского монастыря ( «Лондон» на Верхней Волге: Ярославский Толгский монастырь: 700 лет памяти об аристократических корнях, дающих здоровые плоды государственному древу» http://www.yaroslavova.ru/main.mhtml?Part=17&PubID=784 ) .
Один из них Андриан стал архимандритом Троице-Сергиевской Лавры и его личный келейный образ Смоленской Одигитрии «попросился» из Троице-Сергиевой Лавры обратно - в Ярославль, а точнее на Красный Бор около Борисоглебска ( нынешнего Тутаева) . Это по дороге из Ярославля – в Рыбинск.
Ну а два других игумена Ярославской Толгской обители - родные братья Иоиль и Гордиан («Схема родственных связей святителя Игнатия Брянчанинова - покровителя Ярославского Толгского монастыря и Ф.С. Ярославовой – Брянчаниновой» http://www.yaroslavova.ru/main.mhtml?Part=16&PubID=794 ) .
При этом Гордиан был ещё и игуменом Смоленского монастыря , построенного для личной келейной иконы Адриана, вернувшейся из Москвы в Ярославль.
Сведения о монастыре, как выяснилось, начали изыматься давно. Слово монастырь заменяли на храм после того, как монастырь снесли ещё в конце XVII в.. И, как пишут исследователи, «эта замена свидетельствует о специально проведенной редакторской правке».
Причем это далеко не единственные сведения , которые были изъяты при царях Романовых. Скрывались сведения о дате основания, а также о том, что это - «Семейная обитель», т.е. обитель, имеющая отношение к определенному роду, где все 5 сыновей Самсона Богомола постриглись в монахи вместе с матерью.
А царица Анна Иоанновна проводила даже специальное расследование о местночтимом святом города Романова - Онуфрии Романовском , имевшем дар пророчества, который после видения Богородицы Самсону Богомолу предсказал ему, что вся его семья , включая пятерых сыновей , примет постриг.
. «В пятницу Страстной недели явился ему во сне образ Пресвятой Богородицы с кадилом горящим и древом многолиственным».
История уникальна двумя одновременными видениями, а не одним , как в приводимых ныне кратких строках о Ярославско-Смоленской иконе.
Первое:
В 1642 г. игумену Толгского монастыря Иоилю – сыну Самсона Богомола было откровение Божие: чтобы построил он новый монастырь во имя Божией Матери в трех поприщах от Ярославля.
«Въ лѣто оное 17 бысть откровение Божие Толгскаго монастыря Пресвятыя Богородицы игумену Иоилю. Бысть же сице, яко : // «Во имя Богоматере созиждешъ монастырь новъ», и мѣсто назнаменова22, яко23 три поприща от града Ярославля»
В то же самое время архимандрит Троице-Сергиева монастыря Адриан, слышал глас от своего келейного образа Богородицы Одигитрии Смоленской….
Однако поскольку информация о роде Самсона Богомола изымалась, то в сегодняшней версии осталось только свидетельство о гласе Богородицы - Адриану…
Таким образом, отдельной темой для исследований стало изучение самого рода основателей Смоленского, что на Бору монастыря под Ярославлем, ставшего и их семейной усыпальницей.
Чудеса, на описанном, только начались. Спустя годы было явление Богородицы Гордиану. Причем произошло это тоже одновременно с явлением Богоматери монахам Ярославского Спасо-Преображенского монастыря. И указывала Богородица, чтобы конкретно Гордиан игумен Ярославского Толгского монастыря нарисовал икону Живоначальной Троицы. Эта икона была написана для Смоленского монастыря, что на Бору.
Но самое удивительное в этой истории то, что спустя 20 лет после смерти, Самсон Богомол является Поющим Песнь Богородицы во время литургии в церкви Смоленского монастыря , что на Бору около Ярославля.
Песнь Пресвятой Богородицы вместе с пророчеством Захарии (из рода Аарона) - отца Иоанна Крестителя составляют 9-ю Библейскую песнь
Хотя тут ассоциация с Романом Сладкопевцем. Тем более, началась эта история в городе Романове , где Онуфрий Романовский сделал свое пророчество .
В истории Смоленского монастыря , что на Бору исчезали также и упоминания об источниках. И сами источники. В частности , «летописная хартия» Смоленского монастыря.
Скрывалась персональная дата праздника Ярославско-Смоленской иконы 25 октября ( 12 с.ст.) , когда был освящен храм в её честь. Эта дата заменялась общей датой празднования Смоленской иконы 28 июля.
В переложении истории Смоленской иконы А.Крылова 1860 года , как пишут исследователи, была «избыточная» информация о современниках автора и совершенно исключено упоминание о Самсон Богомоле и его жене Неониле , т.е. о родителях пяти сыновей монахов, основавших и поддерживавших эту семейную обитель. Т.е. сведения об основателях монастыря были не просто растворены . Они исчезли в их наиважнейшей части.
В истории Смоленской Одигитрии архимандрита Троице-Сергиевой Лавры, повелевшей основать монастырь, есть Сказание о Кресте, который Иосиф Суздальский подарил Гордиану - игумену Смоленского и Ярославского Толгского монастыря, а также о чудесном исцелении Гордиана, болевшего три месяца и уже начавшего готовиться к переходу в другой мир. Но, по прошествии трех месяцев, больной уснул:
«И по триехъ месяцѣхъ больный уснувъ, — явися ему честный крестъ той, его же дарова архиепископъ, многоразличными цвѣты украшенъ. Больный же взем единъ от цвѣтовъ и изъяде, воспрянувъ от сна, бысть здравъ, яко николиже болѣвъ»
Т.е. Гордиану приснился крест, подаренный ему Иосифом Суздальским и от цветка , украшавшего этот крест и съеденного во сне Гордиан исцелился наяву ».
И вот об этом авторы исследования пишут:
«Ни в одной другой из известных нам повестей о крестах не встречается мотив цветов знаменующего место явления святыни»
Некоторую параллель к орнаментальному цветочному мотиву Сказания о кресте можно видеть, на наш взгляд, в одном из описаний Сказания о смоленской иконе: во время видения Пресвятой Богородицы Самсону Богомолу перед образом ее являются «паникадило горящее и древо многолиственное».
Продолжая тему возможных аналогий, авторы называют икону «Звезды Пресветлой» и «Повесть о Пастуховой дщери»
Богородица является пастуховой дщери в сопровождении дев «из чертоговъ небесных: «Оныя же вси дѣвы, шедшия по ней (Богородице. — Т. Р.), в рукахъ имуще цвѣты благовонныя, бѣлостию преукрашены, на главахъ же ихъ вѣнцы зѣло пречудны, от цвѣтов многоцвѣтущихъ увит».
По свидетельству Сказания , спасший Гордиана « серебряный крест с частицами святых мощей, ставший святыней Смоленской обители на Бору, был подарен ему в бытность его монахом ярославского Спасова монастыря архиепископом суздальским Иосифом, жившим тогда в Соловецком монастыре, причем этим крестом благословил Иосифа сам патриарх Филарет. Не вызывает сомнения, что речь здесь идет о первом из двух известных суздальских архиепископов с именем Иосиф, Иосифе Курцевиче. Он был определен в архиепископы суздальские и тарусские из епископов владимиро-волынских в августе 1626 г. Иосиф Суздальский скончался 15 июня 1642 г. в Зилантовом Успенском монастыре Казанской епархии, где прожил последние годы жизни. Однако в его истории называется ещё и Сийский монастырь , что также обсуждается в тексте..
Таким образом, к этому сказанию добавляется ещё и Суздаль, и Казанский Зилантов монастырь и монастырь Соловецкий , и возможно Сийский.
Более полно эта чрезвычайно интересная история, многократно сокращашаяся и наконец превратившаяся в несколько строк , с которых я начала этот разговор, представлена ниже .
Т. Р. РУДИ
Два Сказания о чудотворных святынях Смоленского, что на Бору, монастыря под Ярославлем
http://odrl.pushkinskijdom.ru/LinkClick.aspx?fileticket=fLReVfxaf3w%3d&tabid=2298
О Смоленской иконе Божией Матери и о Животворящем Кресте Господнем
В XIX в в местной печати дважды были изданы переложения текстов обоих памятников с некоторыми комментариями в 1860 г —секретарем Ярославской Духовной консистории Аполлинарием Крыловым, а в 1877 г —священником приходской церкви села Савинского, что в Красном Бору (бывшей Смоленского монастыря), Гурием Владимирскими.
В 1892 г в «Ярославских епархиальных ведомостях» впервые были опубликованы тексты обоих сказаний по рукописи.
ДВА СКАЗАНИЯ О ЧУДОТВОРНЫХ СВЯТЫНЯХ
История Смоленского (во имя Смоленской иконы Божией Матери) на Бору мужского монастыря довольно своеобразна: он был основан в 1642 г. на левом берегу Волги, в трех верстах от Ярославля, игуменом Толгского монастыря Иоилем и просуществовал, по-видимому, лишь до конца XVII столетия, после чего был упразднен и обращен в сельский приход — приход села Смоленского (или, по-другому, Савинского в Красном Бору), возникшего на месте бывшего монастыря.
«Сказание о Смоленской иконе Божией Матери и о создании монастыря во имя ее» является, по сути, единственным источником, содержащим сведения об истории этой обители. Дадим в кратком изложении основную событийную канву памятника.
В 1642 г. игумену Толгского монастыря Иоилю было откровение Божие: чтобы построил он новый монастырь во имя Божией Матери в трех поприщах от Ярославля.
Иоиль, оповестив об этом изволении свыше митрополита ростовского и ярославского Варлаама, по его благословению принимается за строительство нового монастыря вместе со своими четырьмя братьями-монахами.
В то же самое время архимандрит Троице-Сергиева монастыря Адриан, до 1 августа 1640 г. бывший игуменом на Толге слышит глас от своего келейного образа Богородицы Одигитрии Смоленской: «Иду, иду в пределы града Ярославля в новосо-зданный монастырь во имя мое», после чего он с великими почестями отправляет чудотворную икону в строящийся Смоленский монастырь. Поскольку к этому моменту храм новой обители еще не был готов, Иоиль, выйдя навстречу образу с крестным ходом, поставил его на время в церкви Толгского монастыря. Когда же Смоленский храм был построен, он был торжественно освящен 12 октября 1642 г., а явленная икона Одигитрии перенесена в созданный во имя нее монастырь.
Далее в тексте памятника следуют описания пяти чудес, произошедших от Смоленской иконы в день освящения монастыря и вскоре после него.
Следующая глава Сказания повествует о событиях страшного морового поветрия 1654 г. и о совместном крестном ходе в Ярославль со Смоленской и Толгской иконами. Пришедшие в Смоленский на Бору монастырь из Спасова монастыря «всенощнаго ради пения» три священника, три диакона и три головщика, будучи заражены язвой, пребывали в церкви в великой печали. Вдруг одному из них, диакону Гордиану, явился во сне образ Богородицы Смоленской, которая объявила, что для избавления от болезни нужно совершить крестный ход с чудотворными иконами. Когда же Гордиан рассказал братии о своем видении, то оказалось, что то же видение было и другим монахам — священноиноку Спасова монастыря Адриану Астраханцу, москвичу Иоанну и схимонахине Иулии. Кроме того, было провозвещено также, что должен быть написан местный образ Живоначальной Троицы для будущего Троицкого храма, который будет поставлен в Смоленском монастыре. Оба проречения, бывшие от чудотворного образа, сбылись: по совершении торжественного крестного хода «смертоносие преста», церковь же во имя Живоначальной Троицы была построена значительно позднее — спустя 17 лет, когда по просьбе прихожан («тесноты ради церковныя») ставший уже к тому времени игуменом Гордиан обратился с прошением о поставлении нового храма к митрополиту ростовскому и ярославскому Ионе, а тот «своею рукою написа граммату, что быть храму Живоначалныя Троицы».
Последняя часть Сказания хронологически и сюжетно несколько обособленна: в ней повествуется о событиях, предшествовавших построению Смоленского монастыря, однако именно здесь заложена основная сюжетная завязка памятника. В этой главе рассказывается о явлении Пресвятой Богородицы в 1626 г. некоему благочестивому жителю города Романова, по имени Самсон, прозванием Богомолу. В пятницу Страстной недели явился ему во сне образ Пресвятой Богородицы с кадилом горящим и древом многолиственным, после чего пришедший к нему юродивый Онуфрий предрек ему многие скорби, а всем домашним его — монашество, что и совершилось: в течение 10 ближайших лет все пятеро его сыновей и жена приняли постриг. Сам же Самсон, претерпев многие поношения и скорби, через несколько лет преставился, после чего тело его было перенесено некими благочестивыми людьми из Романова в Смоленский на Бору монастырь, где и был он погребен толгским игуменом Иоилем. Через 20 лет по преставлении Самсон явился на месте своего погребения, в церкви Смоленского монастыря, поя со всеми Песнь Богородицы.
Итак, изложив вкратце событийный ряд Сказания, перейдем к анализу его как исторического источника, который позволяет в свою очередь сделать некоторые наблюдения в отношении литературной истории текста памятника.
1. Как мы уже отметили, «Сказание о Смоленской иконе Божией Ма
тери» является единственным памятником, сохранившим сведения о возникновении и истории Смоленского, что на Бору, монастыря.
По свидетельству Сказания, явление Смоленской иконы Одигитрии в 1642 г. толгскому игумену Иоилю и явилось причиной основания этой небольшой обители под Ярославлем; взаимосвязь этих событий отражена и в названии наиболее раннего варианта текста памятника: «Сказание о иконе Пречистыя Богородицы, честнаго ея Одигитрия, иже обыче нарицати Смоленския, и о создании манастыря во имя ея» (РГИА, ф. 834,
оп. 3, № 4028 (далее — РГИА), л. 105).
В более позднем варианте заглавия отсутствует упоминание о построении монастыря: «Месяца иулиа, въ 28 день. Сказание о иконѣ Пресвятыя Богородицы, честнаго и славнаго ея Одигитриа, нарицаемыя Смоленския, яже в предѣлѣхъ близъ града Ярославля, на луговой странѣ за рѣкою Волгою»
Примечательно, что упоминание монастыря исключено и из самого текста этого варианта Сказания: например, во фрагменте об освящении новой обители вместо слова «монастырь», присутствующего в раннем варианте текста (РГИА, л. 105 об.), читается слово «храм» («Въ лѣто 7151 октовриа во 12 день бывшу освящению новосозданнаго храма того» — БАН, л. 63). Эта замена свидетельствует о специально проведенной редакторской правке, а также о том, что этот вариант текста памятника был создан после упразднения Смоленского монастыря, т. е. не ранее начала XVIII в.21.
О позднейшем происхождении этого варианта текста Сказания свидетельствует и тот факт, что в его заглавие внесена дата 28 июля как день почитания Смоленской, что на Бору, иконы Богородцы: т. е. вместо особого дня празднования смоленской иконы Смоленского монастыря (или Смоленской-Ярославской, как ее еще называют 22), — 12 октября (день освящения монастыря на Бору) — поставлен общий для всех типов Смоленской иконы Одигитрии день почитания -— 28 июля.
2. Помимо сведений о времени основания Смоленского монастыря (1642 г.), а также даты постройки его каменных церквей («по седми на десяти лѣтѣхъ», т. е. в 1659 или 1660 г.) Сказание о смоленской иконе содержит и другие довольно редкие материалы по истории Ярославского края. Мы имеем в виду упоминание о юродивом Онуфрии в рассказе о явлении Богородицы Самсону Богомолу из города Романова: после того как Самсону «въ лѣто 7134, в пятокъ великий» явился во сне образ Пресвятой Богородицы, пришел к нему во время утреннего благовеста блаженный Онуфрий, который, объяснив явление, предрек Самсону многие скорби, а всем домашним его — монашество. По-видимому, можно с большой долей вероятности предположить, что в изложенном эпизоде Сказания речь идет о местночтимом юродивом из города Романово-Бо-рисоглебска (современного Тутаева) Онуфрии Романовском, о котором почти ничего не известно по другим источникам.
Так, в современных справочно-энциклопедических изданиях указывается, что время жизни Онуфрия Романовского даже приблизительно неизвестно.
Сведения о юродивом Онуфрии исчерпываются известием о месте его погребения — под каменной колокольней при Преображенской церкви в Романове, а также материалами, читающимися в любопытном документе — Указе ее императорского величества самодержицы всероссийской Анны Иоанновны от 14 ноября 1739 г., посланном в Романов воеводе Алексею Гречанинову.
Указ содержит требование ответить на вопросы, поставленные перед воеводой и подьячим Левицким в присланной ранее архиепископом ростовским и ярославским Иоакимом «промемории о построенных в граде Романове при церкви Преображения Господня на монастыре да вне града близь кузниц дву каменных часовнях и о погребенном из оных в единой при Преображенской церкви на монастыре, о имеющемся некоем человеке именем Онофрий, названном юродивом, и о других в той же часовне дву мертвецах».
Вопросы были присланы Ярославской провинциальной канцелярией, по-видимому, для проводимого ею следствия о местном почитании блаженного Онуфрия. Так, воевода Гречанинов должен был «прислать ответы: как ты, воевода, и с приписью подъячей Леввицкой (так!) в вышереченную при Преображенской церкви на монастыре имеющуюся каменную часовню в праздничныя и воскресныя и в протчия дни, а паче в Сырную неделю на прощение и с женами своими ты, воевода, и с приписью подъячей Леввицкой (так!) входили ль? ..По-видимому, Ярославская канцелярия с особой серьезностью относилась к проводимому ею следствию о почитании Онуфрия.
Заметим в скобках: сохранилось письменное свидетельство того, что Онуфрий действительно чтился святым в Романове, а возможно, и шире.
Итак, Сказание о смоленской иконе является редким источником, сохранившим прижизненное упоминание романовского юродивого Онуфрия, из которого можно сделать два заключения об этом малоизвестном подвижнике: во-первых, что Онуфрий Романовский жил в первой половине XVII в. (действие происходит в 1626 г.); во-вторых, что блаженный Онуфрий, как и многие другие юродивые, был наделен даром пророче
ства.
3. Самыми интересными источниковедческими материалами, содержащимися в «Сказании о Смоленской иконе Божией Матери и о создании монастыря во имя ее», являются, без сомнения, сведения о двух братьях-игуменах Толгского монастыря — Иоиле (1642—1658) и Гордиане (1673—1700), а также обо всем их роде. Эти сведения (и способ их подачи) имеют не только источниковедческое значение, они важны также
для анализа истории текста Сказания как литературного памятника»
Продолжение http://odrl.pushkinskijdom.ru/LinkClick.aspx?fileticket=fLReVfxaf3w%3d&tabid=2298