yaroslavova (yaroslavova) wrote,
yaroslavova
yaroslavova

Categories:

Национальная политика на Кавказе и её авангард - Конвой Свиты Его Императорского Величества

Наталья  Ярославова-Чистякова

В  продолжение темы:  «Казачий Полковник» П.А.Черевин – основатель охраны Российских Императоров и Освобождение Софии от османского ига»  http://yaroslavova.ru/main.mhtml?Part=15&PubID=898

Конвой   Свиты  Его Императорского Величества    был     одновременно  и    частью   национальной  политики на  Кавказе в  XIX веке, хотя точнее  сказать -  национально-аристократической   политики на  Кавказе,  поскольку  всегда подчеркивается, что     формировался он  из представителей  древнейшей  аристократии 
Историю   Императорского  Конвоя  рассказывает книга:
«Собственный Его Императорского Величества Конвой» http://www.regiment.ru/Lib/A/5/1.htm
Основу   Конвоя    изначально составляли  казаки   Кубани и Терека.  Тут  надо  добавить, что  по родам  - это бывшие   Донские  казаки и казаки  Черниговские.  Просто к XIX веку  они   уже  были переселены:
«…Служить в Собственном Его Императорского Величества Конвое всегда считалось высшей честью для казаков Кубани и Терека. Выбор казаков для службы в Собственном Конвое был  необычен, даже в сравнении с набором солдат в первые полки Русской Гвардии…
Новобранцев в гвардейские полки назначали… «по стати», внешнему виду: «блондинов - в Преображенский, шатенов - в Семеновский, брюнетов - в Измайловский, рыжих - в Московский...» и другим признакам. В Конвое Его Величества действовали особые правила. Станичные  казаки заранее воспитывали молодых казаков, который  затем  проходили  многоступенчатый отбор. «Станицы, посылая в Конвой лучших казаков, не только ими гордились, но в лице атамана и «доверенных», подписывали отдельно для каждого выбранного из их среды казака особый приговор ( поручительство).
Первый  Конвой  императрицы  Екатерины II    был  сформирован  из казаков  знатнейших фамилий,  в 1774 году, по предложению князя Потемкина-Таврического. Впервые в составе Донской и Чугуевской команд  Конвой  прибыл  в 1775 году в Москву  на торжество празднования мира при Кучук-Кайнарджи.
В 1787 году, из бывшего Запорожского Казачьего Войска, было сформировано «Войско Верных Казаков». 30 июня 1792 года Черноморскому Войску, Императрицей Екатериной Великой, была пожалована на «вечное владение» земля на Кубани, в области Таврической остров Фанагорию со всей землей, с другой же Азовское море до Ейского городка.  Войску Черноморскому принадлежало : бдение и стража пограничная от набегов народов закубанских.
В Царствование Императора Николая I Павловича, был сформирован из высших представителей кавказских горцев полуэскадрон, предназначенный для конвойной службы при Высочайшем Дворе под командою ротмистра Султана-Азамат Гирея (потомка крымских ханов). В нем находились князья и уздени Большой и Малой Кабарды, чеченские, кумыкские мурзы.  По Высочайшему повелению, взвод горцев находился в ведении шефа жандармов и командующего Императорской Главной Квартирой, генерал-адъютанта Бенкендорфа.
Но горцам, несмотря на все данные им привилегии, не особенно нравилось пребывание в Дворянском полку, и, спустя некоторое время, от них начали поступать заявления с просьбами увольнения обратно во взвод или на родину, а из Дворянского полка - жалобы на горцев «за их беспокойный характер» и просьба об откомандировании из полка.
Государь Император не изъявил на это своего согласия, так как по собственному выражению Его Величества, «беспокойный характер» есть не преступление, а только «нравственный недостаток».
Горцы, оценив такое великодушие Государя Императора, просили о зачислении в военно-учебные заведения их детей и родственников, в результате чего было принято 40 малолетних горцев  княжеских фамилий и определено в Дворянский полк, в Александровский, Павловский и 2-й Кадетский Корпус.
В 1830-1840 годах в кадетских корпусах воспитывалось 315 горцев.

Молодые горцы, по окончании военно-учебных заведений, прикомандировывались к Л.-Гв. Кавказскому эскадрону Конвоя Его Величества. С прикомандированием молодых горцев, окончивших образование в корпусах, к полуэскадрону, Высочайше утверждено следующее положение: «Юнкеров Кавказского Горского полуэскадрона, производимых в офицеры, зачислять …с разрешением проживать в семействах, где они влиянием своим будут небесполезны; вместе с тем, производства в полуэскадроне уменьшить, так как горцы и мусульмане, учащиеся в корпусах, дадут офицеров, более соответствующих видам Правительства».
В виду особого состава Л.Гв. Кавказского Горского полуэскадрона, он был разделен на отдельные группы. Обычаи каждого племени были приняты во внимание.
Кроме горской аристократии, в полуэскадроне, без согласия его чинов, не допускались представители «других наций и народов».
В декабре 1830 года, Горский полуэскадрон, совместно с Гвардейским жандармским полуэскадроном и обозом Императорской Главной Квартиры, выступил в город Вильно.
Прибыв в Вильно, полуэскадрон присоединился к штабу Гвардейского Корпуса, выступившего в поход против польских мятежников.
В ночь на 23 апреля, у деревни Глинки, горцы Конвоя Его Величества разбили роту польской пехоты. 1 мая, у села Верпента, они блестяще атаковали отряд польских партизан. В этой атаке командир полуэскадрона Хан Гирей43 получил два ранения в левый бок и в левую руку, а его ординарец убит. Выхватив из боя раненого своего командира и убитого юнкера, горцы с ожесточением врубились в мятежников и, загнав их в болото, полностью уничтожили. По этому поводу генерал Бенкендорф обратился к эффендию полуэскадрона Магомету Хутову с письмом следующего содержания: «Замечено, что горцы, в самом жару дела, внимая единой пылкости их нрава, не щадили жизни мятежников ни в коем случае, что Вам, как общему их наставнику, поручаю я внушить горцам, что сколько
неустрашимость и рвение нужны против неприятеля сражающегося, столько необходимо в победителе великодушие и милосердие к человеку обезоруженному и просящему помилования. А как соединенные эти качества составляют полное достоинство воина, то желал бы я, чтобы горцы, отличаясь природного их храбростью, равномерно известны бы были и великодушием к побежденному».
16 июня 1831 года, в сражении при Ковно, горцы, совместно с тремя эскадронами Лейб-Казаков, атаковали неприятельскую пехоту. Горцами было взято в плен 2 польских офицера и 40 солдат. Сам Хан Гирей, несмотря на новое ранение пикою в грудь, несколько раз вступал в рукопашный бой, преследуя польских мятежников. Боевые действия горцев Конвоя Его Величества описывает флигель-адъютант полковник Орлов, в своем донесении генералу Бенкендорфу…
С возвращением в Петербург, чины Кавказского полуэскадрона усиленно занялись своей строевой подготовкой, а в свободное от службы время - изучением русского языка. ..В ноябре прибыла с Кавказа новая команда горцев на смену чинам полуэскадрона, закончившим срок своей службы в Конвое. Отправляя на родину горцев, бывших чинов Конвоя, генерал Бенкендорф в письмах командиру Отдельного Кавказского корпуса генералу барону Розену сообщал:
«Раздражительный горский народ, враждующий с русскими, не может познать истинной причины беспрерывной вражды и удостовериться в желании Российского Государя Императора не уничтожать свободу горцев, а напротив того - даровать благоденствие, каким пользуются и другие Его подданные. Чтобы внушить предварительно хотя некоторым из горцев эти благородные виды, должно стараться приготовить их в положение, в котором спокойствие души дает возможность человеку выслушать и вникнуть в то, что ему объясняют.
На этом основании сформирован был Л.Гв. Кавказский Горский полуэскадрон и, чтобы более доказать горцам желание Государя Императора прекратить вражду, назначен в Собственный Его Величества Конвой».
«Местному начальству предоставить выбор фамилий, наиболее имеющих влияние на туземцев, и только тех, которых для благосостояния края необходимо ближе познакомить с видами нашего правительства.
Детей мусульман, предназначенных для образования, избирать вообще из среды всех племен, обитающих на северном и южном склонах Кавказа и даже из самых гор, чтобы благие намерения Государя Императора равносильно действовали на все племена, а самые жители, еще не вполне знакомые с русскими и не понимающие видов правительства, постепенно, собственным опытом познали их.
На северном склоне выбор делать из княжеских и знатнейших дворянских фамилий, на южном - из детей ханов, знатных беков, заслуженных агаларов и др. почетных лиц, преданность которых правительству полезна будет влиянием их на прочих жителей».
На основании сего распоряжения, 12 июня 1836 года, приняты на службу в Кавказский Горский полуэскадрон лезгины Джарской области.Кроме лезгин, в команду их допущены были в 1839 году кейсерухцы - отдаленнейший народ, живший на границе с Персией и изъявивший покорность России. Кейсерухцы не оставлялись на службе в Петербурге более одного года, исключая желающих служить определенный в Конвое срок. Посылая первую смену лезгин, кавказское начальство уведомило, что в состав ее выбраны «люди красивой наружности, хорошо одетые, отлично вооруженные и на прекрасных лошадях; все происходят из самых знатных фамилий Джарской области».
Команда лезгин в составе: одного офицера, поручика Магомет-Али-Кара-Али-Оглы, 2 юнкеров и 12 оруженосцев, под командой состоявшего при генерале Бенкендорфе поручика князя Андроникова, выступила из Тифлиса в апреле 1840 года и через пять месяцев прибыла в Петербург. В Петербурге лезгины были помещены отдельно от горцев, но подчинены командиру Горского полуэскадрона. В 1837 году, по Высочайшему повелению, выехал на Кавказ командир Л.Гв. Кавказского Горского полуэскадрона полковник Хан Гирей, в сопровождении четырех знатных горцев, для исполнения особо важного поручения.
Это была депутация от Государя Императора ко всем горцам Кавказа. Цель ее состояла в том, чтобы убедить горские племена принести Его Величеству изъявления покорности и внушить им необходимость испросить себе постоянное управление.
В инструкции полковнику Хан Гирею сообщено, что по Адрианопольскому мирному договору признаны права России над Кавказскими горными племенами, а потому Государь Император, одинаково заботясь обо всех своих подданных, приказывает местному начальству склонить горцев, мерами кротости, к добровольной покорности.
Хан Гирею было поручено «разъяснить горцам о силе и могуществе России, о невозможности противостоять ей и необходимости покорения».
Государь Император Николай I считал политику местного кавказского начальства в отношении горцев неправильной.
О своем желании склонить горцев к покорности России не силою оружия, а «мерами кротости», Государь, вернувшись с Кавказа, писал генералу Бенкендорфу:
«Я много толковал об этом с Вельяминовым, стараясь внушить ему, что хочу не победы, а спокойствия; и что и для личной его славы, и для интересов России надо стараться приголубить горцев и привязать их к русской державе. Я сам тут же написал Вельяминову новую инструкцию и приказал учредить в разных местах школы для детей горцев, как вернейшее средство к их обрусению и к смягчению их нравов».
В результате пребывания полковника Хан Гирея на Кавказе, кавказское начальство донесло о большом количестве желающих горцев быть принятыми на службу Л.Гв. в Кавказский Горский полуэскадрон. Но в пополнении полуэскадрона произошли значительные перемены. Причина тому следующая.
В Действующей Армии, находившейся в то время в Польше, в 1837 году был сформирован Кавказский Горский полк. Граф Паскевич-Эриванский, находясь в Петербурге, доложил Его Величеству о пользе, какая последовала бы от укомплектования Л.Гв. Кавказского полуэскадрона людьми Горского полка, прослужившими некоторое время в Действующей Армии. Горцы охотнее бы поступали в полк, узнав, что только из полка возможен перевод в Собственный Его Величества Конвой, который, таким образом, станет пополняться людьми, предварительно испытанными в полку. Государь Император повелел: «Одну половину горцев Конвоя комплектовать людьми из Горского полка, другую пополнять на прежнем основании».
В 1839 году Государь признал полезным иметь в своем Конвое команду из находившегося в Действующей Армии Конно-Мусульманского полка.

Третью часть этого полка составляли армяне, а кроме них, в полку был «целый взвод турок ахалцыхских во всем их наряде».
Мусульмане прибыли в лагерь под Красное Село, под командой поручика Султан-Алиаскар-Бек-Гасан-Бек-Оглы, в составе 2 обер-офицеров, 4 векилей и 24 всадников.
Срок службы мусульман в Конвое определен 4-х летний, по примеру горцев и лезгин. При этом установлено: смену одной половины команды производить через каждые два года; комплектовать команду из Конно-Мусульманского полка; прослуживших в Конвое положенный срок производить, по удостоению, в офицеры и, с зачислением по кавалерии, отправлять на службу в Грузию.
С возвращением войск из Красного Села в Петербург, взвод мусульман был помещен в казарме-доме Л.Гв. Кавказского Горского полуэскадрона. Помещение азиатских команд Собственного Его Величества Конвоя было обставлено с большим комфортом

В 1857 году, Высочайше повелено: «Сформировать, для службы в Конвое, команду грузин из молодых людей знатнейших дворянских и княжеских фамилий, православного исповедания, из Тифлисской и Кутаисской губерний.
…Кавказское начальство нашло неудобным соединение всех 4-х команд в один эскадрон и ходатайствовало о том, чтобы грузины составляли в Конвое отдельную команду, на основании следующего: «Грузинское дворянство, гордящееся древностью и знатностью своего происхождения, не может быть поставлено наравне с другими представителями кавказского населения. Слить в одно эти разнородные элементы, чуждые друг другу и по вере, и по обычаям, значило бы затронуть самые чувствительные стороны национальных предубеждений. Подобная мера была бы противна нашим собственным политическим видам».
Но Государь Император не нашел возможным удовлетворить это ходатайство, положив следующую резолюцию: «Ничего не может быть почетнее для предполагаемой команды грузин, как назначение ее быть в голове эскадрона. Грузины никоим образом не будут в столкновении с другими командами Л.Гв. Кавказского эскадрона, кроме строя, в котором они должны составлять первый взвод эскадрона. Командир этого взвода будет постоянно офицер из их среды, подчиненный только командиру Конвоя, флигель-адъютанту». Кроме грузин, в первый взвод были допущены имеретинцы, мингрельцы и гурийцы. Грузинский взвод был сформирован не сразу, а по частям, по мере выбора «лучших из желающих».
В том же 1857 году, кавказским начальством возбужден вопрос о принятии в первый взвод знатнейших армян.«Народ этот, подобно грузинам, принадлежит к древнейшим христианам и составляет значительную часть Закавказского населения, имея весьма важное значение в крае. В среде армян, всегда отличавшейся непоколебимой преданностью Российскому Престолу, есть древние фамилии почетной аристократии».
Так хлопотал князь Барятинский5 и Государь Император изволил разрешить службу знатных закавказских армян в своем Конвое, но не более 1/5 части 1-го взвода..

«Восточный» Конвой всегда пользовался милостивым вниманием Государя Императора.
По Высочайшей воле он был учрежден с той целью, чтобы показать народам Кавказа, что Русское Правительство стремится к благосостоянию их, а не к угнетению. И дабы горцам доказать Царское доверие, представители их были зачислены в Императорский Конвой. Горцам была пожалована нарядная форма и весьма значительное жалованье. Выслужившие свой срок службы в Конвое горцы производились в корнеты по армейской кавалерии, со всеми преимуществами, дарованными им за службу при Высочайшем Дворе.
Командируя произведенных горцев на Кавказ, генерал Бенкендорф (их прямой начальник) в письме к командиру Отдельного Кавказского корпуса, генералу барону Розену, сообщал: «При отправлении теперь вновь произведенных офицеров, каждый из них просил службы на Кавказе, чтобы усердием иметь возможность оказать свою благодарность; каждый из них давал обещание служить и умереть за Государя.
Явную недоверчивость в этом случае считаю я совершенно вредною, тем более, что они, сколько известно, в данных один раз обещаниях непоколебимы, и что недоверчивость эта может послужить лишь к уменьшению их уважения к русским. Я полагал бы, напротив того, показывать горцам всю возможную доверенность употреблением беспрерывно на службу по разным случаям, награждая того, кто будет иметь средства на самом деле оправдать данное им обещание. Я видел их с удовольствием слушающих о нашем к ним доброжелательстве, видел удивление в познании того, чего они на Кавказе, враждуя с нами, не постигали.
Чтобы воспользоваться таким приготовлением умов служащих горцев в Конвое, которые отправляются на Кавказ, получив различные награды, я полагаю весьма полезным тотчас же по прибытии отпустить их в дома, где они, прежде завлечения мнением и суждениями своих соотечественников, рассказывать будут все, что старался я внушить им во время 4-х-летнего служения в Петербурге».
С основания Л.Гв. Кавказского Горского полуэскадрона, по получении соответствующего образования, были произведены в офицеры 472 горца, из коих находились на службе в армейских частях 6 штаб-офицеров и 1 генерал.
В 1882 году на Кавказе не было уже непокорных горцев.
Наиболее непримиримые переселились в Турцию.
Остальные признали власть Русского Правительства.
Усмиренный Кавказ быстро заселялся казачьими станицами.
Естественно, что и Кавказский эскадрон Конвоя утратил свое прежнее значение - проводника мирных идей среди горских народов Кавказа.
1 февраля 1882 года, Высочайше повелено Л.Гв. Кавказский Горский эскадрон расформировать…»




 
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment