December 13th, 2012

«Лондон» на Верхней Волге: Ярославский Толгский монастырь:700 лет памяти об аристократических корнях

дающих здоровые плоды государственному древу

© Наталья Ярославова-Чистякова

Полный текст  с иллюстрациями   по ссылке   http://yaroslavova.ru/main.mhtml?Part=17&PubID=784

Верхнюю Волгу, все чаще, выделяют в современной мировой политике, к примеру, когда рассуждают о том, что «Россия - всего лишь Верхняя Волга с хедж-фондами». Кто-то считает, что это обыгрывание «Верхней Вольты с ракетами», но на самом деле речь идет не о «Верхней Вольте», а именно о Верхней Волге, куда обращены взгляды именитых лондонцев, в то время как русские коммерсанты продолжают миграцию в «Москву на Темзе».

Интересное представление реки Волги дается в книге М.И.Гомилевского «Описание города Рыбынска», подготовленное специально к приезду императрицы Екатерины II (репринтное издание 1837 года).

«Волга берет начало .. при деревне Волгъ Тверской губернии,… источник этот называемый окрестными жителями Иорданью … При окончании озера принимает реку Руну, вскоре проходит озером Вселуцким … Проходя озерами Волга течет… омывая Угличъ, Рыбинск, Ярославль и многие другие знатнейшие в государстве города»…

Далее автор описания Волги уделяет внимание крупным притокам.

При этом, характеризуя место впадения в Волгу реки Шексны, вытекающей из Белоозера, он как ориентир указывает села княгини Волконской и помещика Михалкова - предка известных Михалковых и Кончаловских, от Глебовых. («Ярославовы-Черевины-Раевская-Горчаковы-Безобразовы-Глебовы-Михалковы-Кончаловские»)

Описывая же правый приток - реку Черемху М.И.Гомилевский пишет: «Черемха принимает начало в Ярославской губернии, Романово-Борисоглебском уезде, выше села Благовещение, в 5-ти верстах от имения помещика Ярославова…».

Т.е. географию Волги М.И.Гомилевский описал через имения помещиков Ярославовых, Михалковых, княгини Волконской, Глебовых, Клементьевых, назвав при этом Углич, Рыбинск и Ярославль знатнейшими городами на Волге.

Однако главным Верхневолжским городом надо считать все-таки Ярославль. И за 1000 лет истории в Ярославле сложилось почитание двух главных ярославских икон: Ярославской Толгской иконы Божией Матери 1314 года, явленной в год смерти Великого Магистра Жака де Моле ростовскому епископу Прохору, и Казанской иконы Божией Матери, принесенной из Казани в Ростов в 1588 году, а после захвата Ростова поляками в 1609 году, подаренной польским поручиком Яковом Любским - ярославскому купцу Василию Лыткину….

Ярославская Толгская икона - древнее Казанской, более чем на два с половиной века. При этом, обе иконы обретены ростовцами. Да и сам город Ярославль изначально строился князем Ярославом Мудрым, как защитный форпост для Ростова Великого, куда некогда из Киевского Зверинецкого и Печерского монастыря прибыл Леонтий Ростовский крестить волжскую Русь («Зверинецкие пещеры киевской Оболони и Звериный стиль Меровингов в музее меровингского искусства баптистерия Сен-Жермен (Saint-Jean-Baptiste)»)….

На месте явления Ярославской Толгской иконы, в том же самом 1314 году, был основан Ярославский Толгский монастырь, возраст которого достиг почти 700-лет. Он старше Соловецкого, Валаамского и Саввы Сторожевского монастырей, а также и Троице - Сергиевой Лавры

В Толгском монастыре похоронены Ярославские губернаторы А.П.Мельгунов, А.Н.Аксаков, П.А. Обресков - статс-секретарь Павла I («Орден 22 февраля»: Первый Ярославский губернатор и видный масон А.П.Мельгунов»)

Похоронены в монастыре и потомки многих аристократических боярских родов, предки которых проживали в районе Верхней Волги почти 1000 лет. Т.е. потомки тех, кому уже в XVII веке супруги Мусины - Пушкины посвятили «Книгу о славяно-русском народе, о великих князьях русских и ростовских, отколе призыде корень их».

В дни пребывания в Ярославле императрицы Екатерины II, царица шла 12 километров пешком Крестным ходом до Ярославского Толгского монастыря, которому по аристократичности, мне думается, близок лишь только Сергиев монастырь в Петербурге, известный как место захоронения потомков Рюриков. Игуменом в этом Сергиевом монастыре Петербурга 24 года был святитель Игнатий Брянчанинов («Капелла Александра Невского и Сергиева пустынь: духовники и рыцари Русских цариц в Петербурге»).

Будучи в декабрьские дни 2012 года в Ярославском Толгском монастыре я купила ранее неизвестную книгу о нем: «Святитель Игнатий Брянчанинов в Свято-Введенском женском Толгском монастыре» ( Посвящается 200-летию со дня рождения святителя Игнатия Брянчанинова).

И неожиданно в этом издании Толгского монастыря - встретила хорошо знакомую мне дату 26 мая 1988 года. Для меня - это памятный день защиты кандидатской диссертации. Символичный вход в «Мир архангела Света и Знания», каковым можно назвать мир честных ученых.

Но оказалось, что именно в этот день Ярославская Толгская обитель приобрела своего покровителя и ходатая перед Богом святителя Игнатия Брянчанинова:

«26 мая 1988 года в Ярославской епархии по благословению архиепископа Платона были обретены нетленные мощи святителя Игнатия и торжественно перенесены в Свято-Введенский Толгский женский монастырь.

Царица небесная пожелала,чтобы мощи её возлюбленного архиерея покоились рядом с чудотворным образом в Доме её на Толге (Свт. Игнатий всю жизнь с великим благоговением почитал Матерь Божию, построил в честь её Иверской иконы храм в Николаевского-Бабаевском монастыре)».

Для меня это совпадение дат знаково, с учетом того, как ярославские Ярославовы почитали именно Ярославскую Толгскую икону Божией Матери, а девичья фамилия Федосьи Степановны Ярославовой, тайну которой я долго постигала в связи с подаренной ей табакеркой, оказалась именно - Брянчанинова («Тайна Табакерки раскрыта: фамилия «её Высокородия» Ф.С.Ярославовой - Брянчанинова!»)….

И уже в Ярославле я узнала о том, что Никольская надвратная церковь Ярославского Толгского монастыря в XVII веке построена на средства купцов В.М.Сверчкова и И.М.Сверчкова. Именем И.М.Сверчкова и Сверчковских палат в Москве назван Свечков переулок. …Вероятно, с их потомками и породнилась Александра дочь Ивана Михайловича Ярославова, ставшая в браке Свечковой, на могиле которой, близ родовой вотчины Ярославовых - Борисовское, начертана её двойная фамилия Ярославова - Сверчкова, с указанием - боярыня. Хотя жила она уже в XIX веке. Но древним боярским статусом Ярославова - Сверчкова дорожила. Надо сказать, что мое посещение Рыбинска и Ярославля убедило меня в том, что дворяне Ярославовы знали свое родословие от аристократических боярских родов древней Волги и даже ранее.

Никольская церковь над Святыми вратами,   как  я  понимаю , была посвящена иконе Николы Бабаевского,  для которого и  был   построен Николо-Бабаевский монастырь, где завершил свой жизненный путь Игнатий Брянчанинов. И здесь были обретены его мощи 26 мая 1988 года.

Николо-Бабаевский монастырь находится в посёлке Некрасовское Ярославской области. ..В монастыре неоднократно бывал Николай Некрасов, чьё детство прошло неподалёку, на противоположном берегу Волги - в сельце Грешнево.   Часть сестер Ярославского Толгского монастыря в настоящее время живет в монастырском подворье Некрасовского района, в селе Введенском. Т.е. есть некая связь между Некрасово, Введенское и Ярославским Толгским монастырем.

Названное село Введенское дважды упоминалось мною в истории рода Ярославовых. Есть «Документ об отведении земли под новое кладбище с.Введенского, 1799-1801 гг. По ходатайству помещицы Катерины Ярославовой Консисторией согласован отвод церковной земли под новое приходское кладбище…». …

При этом первые публикации из серии статей «Ярославовы-Голицыны тайны из табакерки в Архангельском», начатой три года назад, относятся к тем самым дням, когда из Ярославля в Петербург была привезена Ярославская Толгская икона Божией Матери и ковчежец с мощами Адриана и Натальи («Утоли мои печали Натали: паломничество по собственной жизни»).

«19 октября 2009 года в Петербург, в Александро-Невскую Лавру был привезен ковчежец с мощами покровителей домашнего очага Адриана и Натальи и чудотворная икона Божией Матери Толгской. Мать Смарагда прокомментировала это так: «Что Матерь Божья появилась в вашем городе, это говорит о том, что она сейчас особенно дерзновенную молитву возносит Господу именно о петербуржцах. Почему? Это знает только промысел Божий».

Обращает на себя внимание тот факт       ,что Леушинское подворье в Петербурге находится по адресу ул. Некрасова 31. Подворье сохранилось. Сам же Леушинский Иоанно-Предтеченский монастырь затоплен водами Рыбинского водохранилища, также как и город Молога. («18 июня и иконы, спасающие от политического и экономического терроризма…»).

Хотя, первоначально, гидроузел водохранилища предполагалось расположить рядом с Ярославским Толгским монастырем. Т.е. затопить должны были монастырь и Ярославль. И непосредственно в монастыре проводились эксперименты и инженерные изыскания. Колокольня была превращена в напорную башню. Были пробиты потолки и фундаменты для проведения моделирования гидродинамических потоков. Однако результаты оказались не слишком удачны и в результате «подводным Китежем» стала Молога, хотя,повторю, по замыслу это должен был быть Ярославль и Толга.

Вот вследствие такого развития событий и сохранился Ярославский Толгский монастырь известный его уникальными фресками

Одна из таких редких фресок - «Вавилонское столпотворение».

«Первым из историков искусства, обратившим внимание на толгские росписи, был И.Э. Грабарь. В изданном в 1914 г. VI томе Истории русского искусства, посвященном древнерусской живописи, Грабарь, опубликовал фотографию фрески «Столпотворение вавилонское» из галереи Введенского собора. …

Интересно, что легенда о «Вавилонском столпотворении» рассказывает о той самой Вавилонской башне, с которой я сравнила слишком высокую колокольню в древнем центре города Ярославля, запрещенную к возведению ЮНЕСКО уже в наши дни. («Летописные колокола и колокол к 1000-летию Ярославля, так и «не поднявшийся с земли». Запрет ЮНЕСКО или светские имена колокольных надписей?»).

Именно это стремление построить уж слишком высокие башни напомнило мне историю о том, как потомки Хама, в лице Нимрода, некогда тоже хотели построить «башню вышиною до небес».

«Библия рассказывает о построении послепотопными людьми башни в Вавилоне, которая, по предположению строителей, должна была достигнуть неба … По библейскому рассказу и позднейшим иудейским преданиям, виновником предприятия был Нимрод. Основав сильное государство, он возгордился первым успехом и задумал основать всемирную монархию, вопреки воле Божией, определившей потомкам Хама (к которым принадлежал Нимрод) быть рабами других. И вот, с этой целью, в знак своего могущества и в качестве центра всемирной власти, хамиты порешили построить «башню вышиною до небес». Предприятие, таким образом, было не только безумное и неисполнимое, но и противное божественному предначертанию … Господь порешил покарать строителей… Мало-помалу они рассеялись по всей земле» (Вавилонское столпотворение»).

По сути, в этом нравоучении о «Вавилонском столпотворении» речь идет о тех, кому не начертано быть правителями, и кто оказавшись кратко на вершине власти, во главе, как им кажется, «сильного государства» начинает посягать на всемирное господство.

Однако символические потомки Хама не только не могут «зрить в корень», но они этот корень ещё и уничтожают. Одни «рубят сук, на котором сидят», но при этом, хотя бы, сохраняют дерево. Другие же, подобно свиньям, роют корень в поисках желудей и уничтожают весь кормящий дуб. И ни картины Вавилонского столпотворения, ни басни И.Крылова их не останавливают (Басня И.Крылова «Свинья под дубом»).

Образ Корня, в данном случае, я выбрала по двум причинам.

Во - первым, есть интерпретация истории этой «вавилонской башни до небес», где она уподобляется «колосу на глиняных ногах», не имеющему корня.

Во-вторых, в книге «Святитель Игнатий Брянчанинов в Свято-Введенском женском Толгском монастыре» из многих тысяч страниц текстов Святителя цитируются его размышления «О уединенной жизни», где он обращается к этому образу:

«Не всем быть листьями, цветами, плодами на дереве государственном; надо же кому-нибудь, подобно корням, доставлять ему жизнь и силу занятиями неизвестными, тихими, существенно полезными, существенно необходимыми. Одним из таких занятий признаю утверждение ближних в христианской вере и нравственности».

Власть и чиновничество, де факто, уподоблены Игнатием Брянчаниновым листьям на дереве, прекрасным весной и неизбежно опадающим осенью.

Об этом «властном листопаде» напоминают фотохроники жизни Толгского монастыря, размещенные на временных стендах. На них - снимки,в т.ч. и первых лиц государства, посещавших монастырь. Но вместе со сменой президентов меняются и монастырские экспозиции. Сейчас, на что обращают внимание ярославцы, на них уже нет многочисленных фотографий Д. Медведева.

Срок жизни листвы и, тем более, плодов несравненно более краток в сравнении со сроками жизни корня дерева.

И лишь только люди, с уж слишком поверхностным взглядом, восхищаются плодами с зеленым убранством, не думая об их невидимых корнях….

По большому счету, такими корнями является роды,о которых И.М. Мусина - Пушкина (Луговская) и А.Б. Мусин Пушкин написали названную выше «Книгу о славяно-русском народе, о великих князьях русских и ростовских, отколе призыде корень их».

Эту же тему здоровых корней я вижу и в кедровом саде Ярославского Толгского монастыря XVI века.

Кедры Толгского сада символизируют ещё и «вечную зелень», что тоже можно отнести к некой особой концепции власти.

Но и эта «вечно зеленая власть» должна, не только, представлять некий «Род Кедра», но и иметь все те же «Здоровые корни».

И поскольку речь идет о духовности,то обращу внимание,что кедр - это образ, подаренный природой, который помогает понять суть Живоносных источников.

Ни сам кедр, ни его корни не могут быть объектом наивысшего поклонения. Кедр растет там, где есть здоровая духовность. И поклоняться надо ей «Матери Света», а кедр - одно из её прекрасных детищ.

Именно так «Матерью Света» была названа Ярославская Толгская икона Божией Матери, когда она начала мироточить 16 сентября 1392 года

«16 сентября 1392 года за утреней, когда священник в монастыре провозгласил: «Богородицу и Матерь Света в песнях возвеличим», из правой руки Богоматери на иконе Толгская истекло миро».

…Среди других чудес Ярославской Толгской иконы обращу внимание на Чудо Воскрешения из мертвых, представленное на одной из фресок монастыря , подобное Воскрешению святого праведного Лазаря («22 февраля: день Соборного избрания царей, Конкордии и Каристии - праздника бессмертных духов предков и исполнения клятв на крови»).

…Продолжая разговор о видимых явлениях природы, подобных кедровому саду, помогающих понять непостижимые таинства Божии, приведу ещё одну цитату из книги, изданной к 200-летию со дня рождения Святителя Игнатия Брянчанинова.

«С великой любовью и прозрением он объясняет нам в видимых явлениях природы непостижимые таинства Божии, которые открыты его чистому сердцу. Таинственный образ Воскресения раскрывается в рассказе зарисовке «Сад во время зимы», а в рассказе «Роса»  смысл Таинства Причащения…».

В рассказе «Роса» святителя Игнатия Брянчанинова речь идет о священноиноке, готовившемся к совершению Божественной литургии, который «вышел с глубокою думою из боковых, уединенных ворот монастыря … Как будто сказал ему кто: Вот! Солнце всецело изображается в каждой смиренной, но чистой капле росы: так и Христос, в каждой христианской православной церкви……».

Я выделила этот рассказ «Роса» Святителя Игнатия Брянчанинова, потому что именно «Роса» важна в разговоре о Корне Славяно-Русском. Ведь «Царем Росов» называли Великого князя Михаила Ярославiва Тверского («Царь Росов» Михаил Ярославiв и его Тверское Православное Братство»).

Не однажды обращалась к этой теме. Поэтому, читая рассказ Святителя Игнатия, подумала о том, что Роса явление утреннее и редкое.

И с темой «отражения Христа» в храмах и душах, подобно отражению солнца в каплях росы, связана исключительность и эксклюзивность этого явления.

Роса, утро, рассвет, невидимость. Или видимость только для избранных.

Это и есть - Росы и Корень их.

Не случайно в книгу Мусиных-Пушкиных были включены легенды об Андрее Первозванном и особой крови, а также легенда о Святогоре, отцом которого был князь Светид сын Тученогов, а матерью эфиопская царица. И когда Светид летел на колеснице, запряженной гусями и лебедями, то «тщаны порожние выкидывал… Они у него в разные места падали: первый тщан упал на горы Ефиопски….а шестой упал на грозную тучу громовую, которая шла на Святую Русь, где он с громом упал на землю Беларускую, на берегу реки Ухтомы, живет народ Базилики Ахейские там»

Позже существовало Ахейское княжество, или Княжество Морея - государство крестоносцев…Сама же «Ахейская топонимика» включает: Ахейский союз городов древней Греции: Аркадия, Арголида, Ахайя и др. (279 г.до н.э.).  А также Аргос - города расположенного в центре плодородной долины на вершинах холмов Аспид (Пророка Илии)

Полный текст  по ссылке  http://yaroslavova.ru/main.mhtml?Part=17&PubID=784