October 11th, 2012

Франки на Севере: Зверинец и Приорат Григория Орлова в Гатчине, у Погоста Великой княгини Ольги

© Наталья Ярославова-Чистякова
9-10 октября 2012 года

Полный текст с иллюстрациями http://yaroslavova.ru/main.mhtml?Part=15&PubID=761

Большой и Малый Зверинец Гатчинского дворцово - паркового комплекса - это ещё один отголосок «звериного стиля Меровингов». Для пещерных молитвенников этот стиль являли собой «Зверинецкие пешеры» киевской Оболони. В «прочтении» же современных политиков он иногда напоминает о себе - подарками зверей «от государя - государю» и фотосессиями на фоне хищников.

Будучи недавно в Приоратском дворце Гатчины и его Орловском Зверинце, я обратила внимание на пользующие малым спросом, но, как правило, - самые ценные по содержанию - материалы научных конференций. И открыв наугад один из сборников этих материалов, нашла подтверждение того, с чем вообще-то и ехала в Гатчину:

«История Приоратского парка, в отличие от истории Приоратского дворца не так хорошо изучена. Одно из наиболее авторитетных изданий, посвященных Гатчинскому дворцово-парковому комплексу… вскользь сообщает, что создание в конце XVIII века «нового обширного парка было облегчено возможностью использования уже существующих массивов» Малого Зверинца Григория Орлова. Но что представляли собой эти массивы, не сообщается»…

Вот таким образом, в процитированной статье «Доприоратская» история Приоратского парка» А.Н.Спащанского я и нашла подтверждение своим выводам о том, что для понимания Гатчины надо, прежде всего, изучать её «доприоратскую историю», как она названа в научном сборнике «Николай Львов: прошлое и современность», где и опубликован обсуждаемый научный материал.

Однако судя по другому докладу этого же сборника, сам первый Приорат тоже является далеко не творением Павла I, что следует из книги Е.Карновича, где он вспоминает:

«Орлову чрезвычайно полюбилась Гатчина, как местность, бывшая в ту пору самым удобным подгородным местом для охоты… Там сперва он выстроил небольшой каменный дом, так называемый «Приорат», сохранившийся и теперь в первоначальном виде. Архитектура этого строения напоминает небольшой замок средневекового барона… Небольшой этот замок строит среди берез, елей и сосен и красиво смотрится в запруду, вода которой подходит под самый его фундамент».

В финале же статьи «Приоратский дворец: судьба и время (по следам книг)» автор статьи А.А.Тришин, цитировавший книгу Е. Карновича, пишет:

«…Романтично, не правда ли? Только не сказано, кто для Орлова тот «каменный приорат» строил: не Львов же, ведь ему в 1766 году и было-то всего аж 16 лет! По тексту выходит, что тот «приорат» князь Орлов сам себе построил. Ну, может, умельцы помогли. И большой Гатчинский дворец со всеми его сокровищами, выходит, тоже не Павла Петровича, а именно Г.Г.Орлова заслуга. Так, можно сказать, «затейно» написана повесть о времени Павла I и о его «мальтийском проекте». Повесть… Черным - по белому, т.е. пером по бумаге, гладко все в тему легло, традиционно, когда Павел (сын Екатерины II) - во всех случаях жизни - на вторых ролях. А уж «его архитекторы» Н.А.Львов, В.Бренна - вообще ни причем. Но разве лишь Г.Г. Орлов и А. Ринальди подарили нам удивительное своеобразие Гатчины?»

Как видим, в Гатчине было два «приората», т.е. дома «Великого Приора» Мальтийского креста. Первый - Г.Орлова. Второй - Павла - I, для которого его мать Екатерина II выкупила Гатчину у отца её детей - Григория Орлова.

Т.е. Гатчина досталась не детям Екатерины II и Григория Орлова: А.Г. Бобринскому, Н.А.Алексеевой и сестре, а их сводному брату Павлу I («Григорий Григорьевич Орлов и Екатерина II»).

Причем, если второй, павловский, «Приорат» пустовал и в нем никогда не жил великий приор Луи-Жозеф Конде, то в первом «приорате» Гатчины жил лично Григорий Орлов, давший власть Екатерине II вместе с его знаменитыми братьями Орловыми.

Своему брату Алексею - Орлову Чесменскому владелец Гатчины Григорий Орлов посвятил Чесменский обелиск.

История этого обелиска есть в книге Балтазара Балтазаровича Кампенгаузена, выходца из Швеции, состоявшего при русских посольствах в Швеции и Польше, градоначальника Таганрога в 1805-1809 годах.

«Книга была издана в 1797 году и описание Гатчины, данное Кампенгаузеном до сих пор считается одним из наиболее полных. Текст относится к периоду до вступления великого князя Павла Петровича на престол и дает полную картину состояния Гатчины до 1796 года».

Выдержки из описания Гатчины Б.Б. Кампенгаузена представлены, в свою очередь, в книге «Дворец и парк Гатчины в документах, письмах и воспоминаниях: 1712 - 1801 год)

Итак, Б. Кампенгаузен писал:

«Творением на века, которое даже среди памятников древности едва ли найдет себе параллели, я хотел бы назвать тот обелиск, чья вершина настолько возвышается над всеми другими предметами, и который виден уже издали, откуда бы вы не подъезжали к Гатчине. Его высота с фундаментом составляют 17 саженей, таким образом, он выше всех известных обелисков, в том числе, и знаменитого Римского (речь идет об обелиске Коннетабль. Под знаменитым Римским обелиском Кампенгаузен имеет в виду, очевидно, Колонну Траяна, 131 г.н.э.).

Основная его часть выстроена из прочного известняка. Вершину венчает большой золотой набалдашник. Место для этого обелиска не могло быть выбрано более удачно. Он стоит на развилке большой улицы к дворцу и на одном из самых высоких мест. Каменная ограда этой площади есть удачное подражание той ограде, которая окружала памятник коннетаблю Монморанси в Шантильи…

Под общим названием «Гатчина» … (автор понимает) не только недавний великокняжеский, а ныне императорский загородный замок с изначально прилегающими к нему землями, но и весь обширный округ, который по своим размерам может сравниться с некоторыми княжествами.

Средняя часть главного здания отходит на задний план… вперед выдвигаются боковые каре, так что общее получает вид амфитеатра, красоте которого немало способствует великолепная колоннада.

Сам Император Иосиф II признавал за Гатчинским дворцом преимущественное положение среди древнейших дворцов Европы» (Иосиф II австрийский - император священной Римской империи)

Упоминаемый в этом тексте Шантильи - это город во Франции, известный замком Конде, знаменитый скачками и завещанный французской академии. Иногда его называют Шантийи - «жемчужина Иль-де-Франс», исторический центр Франции, область, откуда пошло государство франков, «сердце Франции» («Замок Шантийи - родовое поместье принцев Конде, жемчужина региона Иль-де-Франс»).

При этом из записок А.-Ф.-Г. Виолье швейцарского рисовальщика, Инспектора Кабинетов и Галерей их Императорских Высочеств, в части посвященной проекту Березового домика и портала «Маска», говорится:

«В Гатчине он построил поленницу (березовый домик), большую палатку, площадку для игр, составил план и руководил рубкой большого леса в подражание Булонского леса в Париже…». По части «копии» Булонского леса составители книги воспоминаний /1/ делают примечание: «очевидно имеется ввиду лесопарк Зверинец…». Ну а там, где тема Булони, возникает и тема киевской Оболони, и Зверинецких пещер («Зверинецкие пещеры киевской Оболони и Звериный стиль Меровингов в музее меровингского искусства баптистерия Сен-Жермен (Saint-Jean-Baptiste)»).

Вместе с Б.Б. Кампенгаузеном, примерно в эти же годы (1790-1800) сравнивал Гатчину с Шантильи и Герман (Андрей Карлович) Шторх, преподававший великим князьям Николаю и Михаилу государственное право и политэкономику, и ставший вице-президентом Академии наук уже в 1830 году.

О нем пишут так: «Описание Гатчины из книги Шторха «Картины Петербурга» интересно, в первую очередь, сравнением Гатчинских пейзажных красот с видами Шантильи. Автор одним из первых провел эту параллель. В 1800 году труд Шторха был переиздан в Лондоне, при этом в текст внесли незначительные изменения, связанные со вступлением на престол Павла I» /1/.

Сам же Шторх описывает Гатчину так:

«Замок красивое здание в простом и благородном стиле. Прелестную местность с каждым годом украшают новые идеи, постепенно возвышая этот загородный замок до ранга самой утонченной по вкусу резиденции в Европе. Те чудеса Шантильи, утраченные на юге под губительным влиянием обстоятельств времени, возобновились здесь, на севере»

Эти слова Шторха можно даже понять, как указание на возрождение следа «государства франков», здесь в Гатчине…

Как видим, к орловскому периоду Гатчины и временам его первого приората относится солидарное сравнение Гатчины с Шантильи, которое сделали Кампенгаузен и Шторх.

В детальном описании Гатчины Б.Б.Кампенгаузен уделил внимание и интересующему меня Зверинцу, а также дал ответ на тот вопрос, который я задавала в Гатчине смотрителям дворца, но не получила на него ответ. Причем это общение со смотрителями напомнило мне историю в «Эрмитаже », касающуюся Михаила Орлова - племянника Григория Орлова («Великая идея (Греция), ложа «Палестина», Эрмитаж и Орден Почетного легиона … Михаила Орлова, спасшего Париж, «забыли» в ряду Героев войны 1812-1814 года»).

Мой «Гатчинский вопрос» был связан с тем, что «в концепции» Великой княгини Ольги, внутри Зверинцев были Храмовые комплексы.

И, по моему мнению, если Григорий Орлов соблюдал традицию Великой княгини Ольги Перевозщицы, то в его орловском Зверинце Гатчины тоже должны быть следы древней церкви, пусть даже ныне и разрушенной.

Поэтому я спросила о следующем: «Есть ли церковь в Зверинце Гатчины?»

Экскурсоводы смотрели на меня с удивлением и отвечали: «Это же зверинец!». Как если бы они отвели: «Это же зоопарк! Какая церковь может быть в зоопарке?»

Этим своим удивлением они подтвердили тот факт, что к настоящему времени суть ЗвЕринца искажена столь сильно, что понимается он просто как зверИнец - собрание зверей, подобное зоопарку.

В описанном «обмене мнениями» права оказалась я.

Церковь в Зверинце Гатчины есть. Правда, Б.Б. Кампенгаузен назвал её кирха.

Процитирую в целом то, что он посвятил гатчинскому Зверинцу:

«Парк Сильвия, который от английского сада отделяет ограда и решетка, содержит в себе много приятных мест для прогулок и каменный фазанник, ещё не до конца завершенный.

Зверинец очень обширен, хотя он и не занимает всего того пространства, что охватывал прежде, а лишь малую его часть. Несколько романтических домиков для лесничих, множество приятных мест для прогулок, звездообразные аллеи и круглые цветочные клумбы составляют его прелесть. Одна из этих аллей ведет к самой высокой из дудергофских гор, на вершине которой виднеется кирха. В зверинце содержится много красного зверя и дичи. Все пространство его со временем ограничит каменная ограда, начало которой уже положено…»

Словосочетание «красные звери» при описании Зверинца Гатчины повторяется несколько раз в книге «Дворец и парк Гатчины: в документах, письмах и воспоминаниях: 1712 - 1801 год »

К примеру, И.-Г. Георги, член Императорской Академии Наук, известный исследованием «Описание С-Петербург», являющегося энциклопедией С-Петербурга 1790 годов, в его рассказе о Гатчине писал:

«Зверинец, немалый выгон, есть прекрасное место для прогулки, ради дорог, с великим искусством и большими издержками сделанных, ради многочисленных и смелых красных зверей и ради рассеянных, отчасти романтических жилищ лесничих и фортмейстеров, одна аллея являет вид наивысочайшей Дудергофской горы, на 12 верст отстоящей».

Красные Звери напомнили мне Красный двор рядом со Звернинецкими пещерами в Оболонском районе Киева. Краткие сведения о нем такие:

«Красный двор - это загородный дворец великого князя киевского Всеволода Ярославича (сына Ярослава Мудрого, отца Владимира Мономаха). Был расположен в районе Зверинца. В 1096 дворец разрушили половцы. В последующие годы он был отстроен. На Красном дворе в 1155-57 жил великий князь киевский Юрий Долгорукий, в 1250 останавливался проездом князь Даниил Галицкий» (Красный двор).

Красное село рядом со Зверинцем Григория Орлова в Гатчине видится рефреном этого Красного двора Киева. Причем название Царского села везде пишется, как Сарское. Я думаю это правильно. Потому что Сарское - от «Сар», которое мне часто встречалось в истории финикийцев.

Вместе с «красными зверями» в письмах, воспоминаниях, документах о Гатчине выделяют ещё фазанов, что обращает на себя внимание:

Запись камер-фурьерского церемониального журнала Гатчинского дворца:

«1768 год, июль

21-го числа … продолжалась соколья охота. И не доезжая мызы Гатчино верст 3-х, изволила её Величество идти в новостроящийся зверинец и смотреть привезенных вновь фазанов» (примечание авторов книги /1/: очевидно речь идет о загоне для животных, находившемся в районе нынешнего парка Сильвия. В конце XVIII века на этом месте была построена ферма)».

Существует также современная статья, посвященная «Парку «Зверинец» автора А.В.Бурлакова. Она сообщает о том, что:

«Зверинец» представлен на самых ранних планах Гатчинской мызы великого князя Павла Петровича.

…На одном из них, датированном 1792 годом и хранящимся в государственном музее-заповеднике «Гатчина», показаны Большой и Малый Зверинец. К 1794 году относится проектный «План Гатчинского оберамта», с показанием обширной территории «Зверинца» в центральной части которого обозначен регулярный участок с павильоном Аполлона и муз - копия плана одного из французских садов. Этот проект, хранившийся в Башенном кабинете Павла Петровича, к сожалению, не был реализован…»

…..Известна картина И.Я.Меттенлейтера «Зверинец в Гатчинском парке». Но её называют уже «романтической видовой панорамой павловской эпохи». При описании картины обращают внимание на стадо верблюдов, мирно пасущихся около охотничьего шатра, привезенных уже при Павле I.

Однако я бы выделила Радугу.

Потому что такие радуги изображают на иконах Софии Премудрости Божией.

И, с моей точки зрения, Радуга, изображенная на картине, посвященной Гатчинскому Зверинцу указывает именно на то, что только Мудрость может умиротворить Зверей и Зверя.

По дороге в Гатчину, был ранее город София. …И там, где сейчас Гатчинский уезд  был Софийский уезд. Павел I не обращал внимания на город Софию. А Александр I вообще упразднил…

Похоже, что « с водой выплеснули ребенка».

От Фонтанки до Сарского села и Софии 22 эксклюзивных верстовых столба…

По дороге - Чесменский дворец на Лягушачьем болоте, что мне напомнило Ярославово -Лягушино, получившего второе имя Лягушино после восстания самозваного Петра III- «француза» Емели Пугачева в районе Бирска и Табынска («Бирское «Рюриково городище» и Климент Ярославов - староста Архангельского - Бирь, контролировавший Перевоз через реку Белую, Ч.11»).

Менялись правители. Отчасти приписывали себе достижения предшественников. Отчасти стирали их память.

Вероятно, после сокращения границ Зверинца Григория Орлова, гора Кирхгоф и оказалась за его пределами, хотя при Орлове, как я поняла, она была в составе орловских владений. Ведь князю Римской империи Г.Орлову принадлежали и земли Ропши и дальше - к Финскому заливу….

Что касается кирхи, от которой получила название гора Кирхгоф, то её значение поясняют следующим образом:

«Оригинальное немецкое значение - церковь, как таковая, во всех смыслах, как сообщество, так и здание, без какой-либо конфессиональной окраски».

Вот это и есть церковь, которую я искала. Название же кирха, возможно от того, что Петр I многие свои творения называл на немецкий манер. Петергоф (Peter(s) hof), точнее Петров двор (Hof). Т.е. это, своего рода, рефрен во времени Ярославова двора.

Таким образом, на горе Кирхгоф или Church -Hof должен быть некий «Церковный двор».

В публикациях краеведов я нашла отчасти подтверждение своей гипотезы. Поскольку на горе Кирхгоф сейчас находится горнолыжный курорт, то сначала процитирую статью «Покатаемся на косточках»

«Само слово Туутари появилось не случайно - так назывался лютеранский приход с центром на горе Кирхгоф (со старо-немецкого - «церковный двор»). ..Это было большое величественное здание, немного похожее на кирху Святого Петра на Невском. Храм был построен в 1836 году и рассчитан на 2200 сидячих мест»….Традиции церкви  Ингрии  связаны с празднованием Иван Купала, или по-фински Йоханнус.

Есть ещё статья «Дудергоф». И в ней картина дополняется

«В 1832-36 гг. по проекту арх. Мейера на горе Кирхгоф была построена каменная лютеранская церковь. На западном склоне Ореховой горы была построена православная церковь св. Равноапостольной княгини Ольги. Инициатором постройки был полковник Дмитриев, архитектором - В.И. Токарев.

Что касается лютеранской церкви на горе Кирхгоф, то видимо это и есть кирха, которую упоминал Б.Кампенгаузен в своей книге, посвященной Гатчине и изданной в 1797 году.

И тот факт, что название горы Кирхгоф, процитированный мною автор переводит, как Погост - тоже указывает на Великую княгиню Ольгу Перевозщицу. Ведь Погосты, как место встречи гостей и сбора дани, а быть может, точнее -бере, ставила великая княгиня, контролировавшая путь «Из Варяг в Греки», проходивший и по реке Ижоре, протекающей по Гатчинскому парку….

Лебедь и Ворон… Так назвал Григорий Орлов два острова одного из главных прудов парка в его Гатчине.

А рядом с Ольгиной горой Кирхгоф находится Воронья гора. Суть та же:

княгиня Ольга Лыбедь и Ворон

Гору Кирхгоф называют классической «Лысой горой» Но лысой горой в Киеве называют и гору, откуда берет начало река Лыбедь

Полный текст с иллюстрациями http://yaroslavova.ru/main.mhtml?Part=15&PubID=761

Продолжение следует…