Бирское «Рюриково городище» и Климент Ярославов - староста Архангельского – Бирь ,

контролировавший  Перевоз  через  реку  Белую

© Наталья Ярославова-Чистякова
31 мая   -1  июня    2012  года

                 Городище,  подобное        «Рюрикову  городищу»   около    Белого  озера в  вологодской   Северной  Фиваиде,   есть  ещё и около  Бирска,   в Башкирии.  Причем,   рядом  с бирским  «Рюриковым городищем»     находится  и  озеро с таким же названием – Белое  ,   и даже  Белая река и  Забелье,  напоминающее  о Пскове   (  «Тайна последнего сенсационного Указа Принца Пскова Ярослава Оболенского - родоначальника князей Ярославовых»  http://www.yaroslavova.ru/main.mhtml?Part=15&PubID=520) .

Во времена   царствования    Ивана   III,   духовником  которого был   лидер  заволжских      старцев  нестяжателей   - игумен  Троице-Сергиевой  Лавры    Паисий (Ярославов), в районе  этого бирского   городища    жил некий   хан или  даже   султан.  Однако  после   первого  падения  Казани ,  контролировавшей   в   то время    территорию современного Бирска , проживавшим в районе  Абири   ханам  пришлось   бежать       на Кавказ

«Странно, но как сходно с нами – на Уфимском и Бирском городищах, на подобие нашего Рюрика и в последствии  Князей Великого Новгорода, с своими дружинами отдельно от   подданных, жили ханы Нагайские, на землях покорённых, если верить преданиям. Это, впрочем,  более логично и понятно, нежели та же раздельность наших князей, избранных и излюбленных народом….

Нагаи были пришлецы, завоеватели башкир, а какой-то хан Алказар покорил не только башкир и самих   Нагаев, но даже и многие народы великой татарии, сам же   Алказар был древнего царского рода. Этот хан, почему-то названный султаном, всячески старался обезсилить и изнурить  башкир»   (Алькаса́р   (исп. Alcázar от араб. القصر‎‎ — «крепость», «укреплённый замок» ).

Историческим     фактам   о бегстве   хана  с реки Бирь     на   Кавказ    соответствует  уникальная легенда о Драконе , который   в эти же  годы,     казанских походов   XV-XVI   века,  появился и   свирепствовал  в районе Бирска,   Уфы и  Казани.

Легенду  эту  описал      Руфь  Игнатьев  ,   изучавший   в  XIX   веке   памятники  древности Башкирии , после    того , как    в    Уфе  был  создан   Статистический   Комитет и   вопрос об  описании   повсеместно          старины  был  поднят Императорскою Археологическою Комиссией  (Руф Игнатьев: дворянин-историк http://www.zur.ru/?np_id=308&action=show_id&id=5735).

«В то время, когда был г. Тура-тав, ханы жили на городище…Так жил хан Нагаев и Башкир до тех пор покуда на городище не появился страшный дракон. – Много   дракон этот умертвил людей, а когда дышал, то от самого дыхания заражался воздух и умирали люди. В ужасе от дракона  хан и Нагаи бежали на летнее своё кочевье, но здесь до хана и до его Нагаев дошли грозные вести – «Россия усиливается, Касимов пал и скоро будет взята Казань»… Эта весть была Нагаям страшнее дракона, и они бежали за Кубань и там исчезли   между горскими племенами…

К Уфе и Бирску  точно отнесены одни и те же предания, как предания о начале г. Казани, где тоже жил змей жалант или зилант на урочище  или горе и теперь называемой «залантовой». Эта тождественность преданий, по нашему мнению, показывает сродство с  Казанью древних обитателей стран прибельских или Белой-Воложки.

Предание, а тем более устное, бывает искажено, отемнено, преувеличено, но   основание его не выдумано…  Несмотря на анахронизм, что Касимов пал – он не мог  пасть; это была область Московская издавна и дана в 1471 г.  за службу в удел татарскому царевичу Койсыму или Косиму,  по имени которого и стали называть бывший Новый Низовой   городок – «Касимовым». Впрочем и это обстоятельство могло  иметь впечатление – пример был до того невиданный: татарский князь – слуга России иноверной и враждебной татарам»  

 Создавший вышепроцитированное    описание  древностей    Руф  Игнатьев  работал   сначала   библиотекарем в  Статистическом комитете ,  в  1865  был избран членом-корреспондентом Московского археологического общества, а в 1869 г. принял участие в работе I археологического съезда в Москве.

            Само Московское  археологическое  общество было учреждено в  1864  году. Его  Меценатами  были С.Г. Строганов и  А.С.Уваров («Франция: лунинский «Лжедмитрий» и биография Святого томского старца Федора Уварова - сына Натальи Ярославовой (Уваровой), как считают историки» http://www.yaroslavova.ru/main.mhtml?Part=16&PubID=680 ) .

К 1864 году, когда   в  его  состав вошел    Р.Игнатьев,   Общество насчитывало уже около 60 членов . Вместе с археологами и историками, в Общество входили известные филологи, писатели, архитекторы и художники. В разное время членами МАО состояли: А. И. Артемьев, В. А. Городцов, И. Е. Забелин, В. О. Ключевский, Н. И. Костомаров, В. Н. Крейтон, С. М. Соловьёв, Ф. Ф. Горностаев, А. М. Васнецов (Википедия)

   Публичные заседания Общества проходили в Москве в доме 1/7 по Малой Дмитровке   , где   раньше  жил глава  «Ордена  Русских  рыцарей» -  Михаил   Федорович  Орлов  http://dekabrist.mybb.ru/viewtopic.php?id=731&p=2   - сын   Татьяны   Федоровны   Ярославовой    - Орловой, рязанской  помещицы – собственницы имения  Кубенского  на  Кубенском озере  в вологодской  Северной  Фиваиде ,  подаренного ей   Федором Григорьевичем Орловым -  одним из братьев  Орловых, приведших к власти Екатерину  II ( «Пурпурный король: Бриллиант Орлова в скипетре русских императоров и Красные кавалергарды её величества»  http://www.yaroslavova.ru/main.mhtml?Part=16&PubID=643) . Все  Ярославовы  проявляли большой   интерес  к  Спасо-Каменному  монастырю на   острове  Кубенского  озера и к   Ярославской  Толгской  Подкубенской иконе, которую  я видела в    Вологодском  музее ,  во время  своего     путешествия в Северную Фиваиду,     явленную  в  1314 году,  т.е. в год    казни Жака  де  Моле.

В 1868 году  император    Александр II передал в ведение Московского археологического общества здание палат Аверкия Кириллова (Москва, Берсеневская набережная, 20) которые и стали первым объектом,   отреставрированным Обществом.  Сам Аверкий  Кириллов был  внуком  некого Кирилла – основателя рода  Кирилловых, которому и  были    пожалованы  эти палаты. 

            Надо    полагать, что именно к этому  роду  относится    И.К.Кириллов  -  глава  «Оренбургской  экспедиции» и   автор «Атласа некоторых провинций Российской империи, составленный Кириловым в 1722—1731». Я      уделяла   ему    довольно   много  внимания    в  статье:  «Ярославовы, Светлояровы раскольники и казаки у места явления «Надежды в конце Мира» - Табынской иконы Хазарской епархии в Башкирии»  http://yaroslavova.ru/main.mhtml?Part=16&PubID=698, где  , в частности,   рассуждала    о том,   что:

  «некоторые   Ярославовы могли появиться в Башкирии … вместе с Оренбургской экспедицией известного географа и картографа И.К.Кириллова - «птенца гнезда Петрова» и соратника О.И.Остермана, вотчинником которого был Федор Ярославов - отец Т.Ф.Ярославовой, дед Алексея и Михаила Орловых. И это были не единственные Ярославовы, и князья Ярославовы в Рязани»

 Сама    рязанская ветка  Ярославовых описана  мною в  статье «Ярославичи и Арслановичи, как ключ к пониманию тайны Казанской Богоматери и истории Рязанских князей «Московского княжеского Дома» http://yaroslavova.ru/main.mhtml?Part=16&PubID=624

 Именно в  этой  публикации  мною  приводилась  схема   «Родственные  связи   Рязанских Ярославовых: Остерман, Толстые, Павловы, Львовы, Давыдовы, Кондыревы, Виноградовы, Сергеевы».     Повторяю  эту  схему  , потому что она имеет  значение и в Башкирской  истории, где  вновь   звучали рядом,  к примеру,  фамилии:  Ярославовых и  Кондыревых.

Много  внимания  в статье о  «рязанских Ярославовых было  уделено и Касимовским  царевичам.    Сделала  я это по  той причине, что    в   Горицком монастыре  опальных цариц ,  с которым   связана история вологодских  дворянок  Ярославовых,     мне  встретилась и  узница    этого  монастыря   Царица  Касимовская  Фатьма  Салтансейтовна.

В  этом   монастыре, замечу,     я сделала и   фотографию   старца    с  жестом     Иоасафа Царевича   или правильнее    -   жестом Будды.

 Царица   Касимовская   - это  мать царевича Василия Ярославича (Арслановича), под которым подразумевается касимовский царевич Сеид-Бурхан (Бурхан - Буддийский идол, изображение святого у монголов).

А  «Чудесная история Казанской Богоматери как раз и связана с этим Касимовским царевичем Сеид-Бурханом, а также с его сыном, царевичем Яковом Васильевичем»   -  о чем я  и писала  в статье   о Ярославичах и Арслановичах:

« В свое время этот царевич Василий Ярославич, он же - Сеид Бурхан, выделил в рязанском городе Касимов землю под строительство Касимовского Казанского женского монастыря. Вот именно на этот Касимовский Казанский женский монастырь, воспроизводящий некую связь между городами Казань и Рязань, установленную ранее Тульской иконой Николая Чудотворца, я и считаю важным обратить внимание….»

 Представленную   историю   я  дополнила  ещё и      выводом   о том, что «Мы имеем прецедент касимовских ханов, странным образом тяготеющих к Литве, Вильно и Твери…»

              Как  видим,     есть все признаки того, что  в районе  Бирска  появились      рязанско-касимовские   Ярославовы.  Поэтому     приведу   данные о Ярославовых  в      Рязани  из  статей:  

«Памятники истории русского служилого сословия конца XIV-конца XVII вв.» http://www.history-ryazan.ru/node/12607?page=0%2C2 ;

 «Список лиц, населенных мест и топонимов, указанных в частных архивах русских феодалов XV-нач. XVII в.» http://www.history-ryazan.ru/node/11442?page=0%2C3;

 «Список лиц, указанных в актах служилых землевладельцев XV - начала ХVII века» http://www.history-ryazan.ru/node/13987?page=0%2C2

            Довольно  много было Ярославовых   в      Рязанском княжестве, куда   переезжали Черниговцы. И последние князья   Ярославовы-Оболенские;  и бояре  Ярославовы , включая  Дмитрия Ивановича  Ярославова ( видимо он  называется   в книге  «Тысяча  лучших»); и те, кого   именовали дьяками  Ярославовыми и упоминали вместе с  заволжским     старцем   нестяжателем  - Паисием (Ярославовым);  и  даже Алексеевы из Ярославовых («Катакомбная Русь»: крупные феодалы, вотчинники и землевладельцы Ярославовы, XV-XX век» http://www.yaroslavova.ru/main.mhtml?Part=16&PubID=525)

 Важно  обратить внимание на то, что  и Бирск,   и  Уфа в те  годы,    о которых идет речь,    входили  в состав  Оренбургского края, с которым связана   ещё одна    , не имеющая  аналогов,    легенда  о  «Девяти  Невидимых, которые  управляют миром».    Открывая  читателю эту  историю,     французский    дипломат  Луи  Жаколио ,    почем-то   сделал  главным   героем   своей  книги   моего   однофамильца   Ивана  Ярославова  («Отшельники: Девять Невидимых, которые управляют Миром»  http://www.yaroslavova.ru/main.mhtml?Part=17&PubID=466 )

Возможно,   он  услышал  эту  фамилию от  Руфа Игнатьева,  обучавшегося в Париже.

Ведь  «в  московский период своей жизни Игнатьев даже был помощником регента (руководителя хора) в синодальном хоре Успенского собора. Он окончил в Москве Лазаревский институт восточных языков (учебное заведение основано в 1815 г. на средства армянской семьи Лазарян  / Лазаревых / , в 1921 г. вошло в состав Московского института востоковедения) и Парижскую консерваторию . Игнатьев играл на фортепиано, скрипке, флейте, кларнете и трубе  ( «Руф Игнатьев: дворянин-историк»   http://www.zur.ru/?np_id=308&action=show_id&id=5735 ).

            Что касается    Лазаревского института восточных  языков, где  получил  образование Руф Игнатьев        , то он мне   тоже  хорошо  знаком .   Институт   построен  сыновьями   Лазаря Лазаряна, прибывшего    из Персии ,  в 1827 г, в  Артамоновом (Армянском переулке), где   жили  Посвященные и учителя будущих Посвященных, в том числе,       и отец  А.Ф.Тютчевой- супруги родившегося  в  Башкирии   И.С.Аксакова. ( с. Надеждино (Куроедово) Белебеевского уезда Оренбургской губернии (ныне Белебеевский район Башкортостана)

А.Ф.Тютчева  была  также   воспитательницей  Великого  князя Сергея  Романова  -  Рыцаря  Гроба  Господня ,    главы   ИППО  и супруга  Елизаветы  Федоровны Романовой,  взявшей  в покровительство  башкирскую Николо-Березовку  - место моего рождения  («Масонская табакерка Ярославовой - Брянчаниновой, Академия Наук Петра I, Дубровицы и Архангельское» http://www.yaroslavova.ru/main.mhtml?Part=15&PubID=564 ).  

История  этого  Артамонова переулка, имевшего название:  Никольский,  Столповой,   а затем – Армянский  ,   подробно    представлена    мною  в статье:

 «От боярина Медведева-Ярославова (Матвеева) до «алхимического» плана Исаака Ньютона для города Петра I» : Второй РЫЦАРЬ - боярин Артамон Матвеев (Медведев - Ярославов ) http://www.yaroslavova.ru/main.mhtml?Part=15&PubID=591

Боярин Артамон Матвеев , именем    которого был  изначально  назван этот   переулок  -   «приемный отец» и воспитатель Натальи Нарышкиной - Романовой, открывший для неё карьеру царицы.    Он оставил в Москве прекрасный путеводитель по своей жизни - названный в его честь Артамонов переулок, ныне известный как Армянский.    Его называли ещё Столповой и Никольский, но оба эти наименования опять же связаны с деяниями боярина Матвеева, построившего здесь необычный храм на 12-ти кувшинообразных столпах. Боярин Артамон Сергеевич Матвеев  был не только   министром иностранных дел, уделявшим большое  внимание  персидскими  и астраханским контактам  , но и   основателем русского придворного театра, главой Аптекарского приказа  ( «Золото. Тайна власти»: об исчезающем магнетизме золота, магните сердца и магните устремления http://www.yaroslavova.ru/main.mhtml?Part=17&PubID=709).

 Таким   образом,  Руф  Игнатьев   был  - Посвященным.  Поэтому   в его  исследовании    об  Оренбургской     губернии и Бирском городище    очень правильно   расставлены   акценты. 

 Описывая   древности  Оренбургской  губернии,    Р.Игнатьев   также    одновременно  записывал      мифы, легенды,  фольклор,   среди которых  особо  выделялись  легенды о драконе и    обряды   , связанные с  единственным в   России  праздником грамотности,  приходящимся на день Николы Вешнего или бывший  Ярилин  день , о чем я    писала  в статье:

 «Уникальный праздник Просвещения и Грамотности на Николу Вешнего или - древний бирский культ архангела Знания Уриила»   http://www.yaroslavova.ru/main.mhtml?Part=15&PubID=715).

Размышляя  об этих     легендах,  посвященных    «бирско-казанско-уфимскому» дракону  времен  последних   русских царей  Рюриков,      Руф Игнатьев  обратил  внимание на то, что   сами     легенды      согласуются  с  историческими  фактами.

«Судя по преданию о чортове городище, а главное – о бегстве Нагаев за р. Кубань, всё это случилось в XV веке.. в великокняжение Ивана III…  когда  наступал  конец всему созданному преемниками   Чингиса-Чемучина….Услыхав, что Казани скоро не сдобровать, что нужно ожидать погрома хуже того, который видели  обитатели берегов Белой-Воложки, очень вероятно, что опасаясь всего этого и не желая пережить падение Казани… Нагаи   ушли от русского владычества на Кавказ.

 Мы говорим к тому, что предание о чортовом городище и нагаях не расходится с    историческими событиями».

 Куда  ушел  древний  царь  Алказар, покоривший  нагайских  ханов  , Руф  Игнатьев  не упомянул.   Может  быть ,  это и есть тот самый  невидимый   Эль – Каз- Ар,    который    управляет  миром   ? 

            Но,  как я понимаю,  все эти   редчайшие факты ,  как  раз,      объясняют   то   обстоятельство   , почему    уже   в      наши дни  Бирск  патронируется  ЮНЕСКО. («Рыцарский культ Плачущих Богородиц и Плачущих Ярославн: Филермская икона «Мальтийского креста», Казанская и Огневидная Богоматери»  http://www.yaroslavova.ru/main.mhtml?Part=17&PubID=635 )

 Ведь   «Рюриково   городище» вместе      эксклюзивным       праздником   грамотности  «архангела   Знания Уриила» и   легендой о Бирском  Драконе   , от которого  «нагайские  ханы»   на Кавказ  бежали –это  сочетание   , не имеющее  аналогов в России.

К тому же,     и культ Воинов    Святых  в Печенкино    под Бирском, где  родился мой  дед Роман   Васильевич   Ярославов,    сохраняли   вплоть до  революции   1917 года , когда его запамятовали    уже    почти во всем православном   простонародном  мире.

Итоги   многолетних исследований и  археологических раскопок   Руфа   Игнатьева     обобщены   в   труде  «СОБРАНИЕ СОЧИНЕНИЙ  (Уфимский и Оренбургский период) 1866–1868 годы».

Продолжение  следует